Сотня. Смутное время

– Полиция на нас и злиться будет, что мы сразу за полковником не побежали, а теперь, когда и его, и пленного с бумагами добыли, и вовсе озвереют, – коротко пояснил парень.

– И чего? – снова не понял Михей.

– Так пакостить станут. На той же ярмарке, к примеру.

– Руки коротки. Мы ведь не сами по себе казаки, а порубежное казачье воинство. Так что можем и не заметить, что горцы или степняки кого ограбят или скот угонят. А им за это по шапке надают. А начнут выступать, так атаман им быстро объяснит, с какого конца редьку едят.

Мы им помогать должны, только ежели они официально, с бумагой, в штаб войска обратились. А иначе только по своему доброму согласию. Ты, Матвей, запоминай. В жизни пригодится, – понизив голос, добавил десятник.

Кивнув, парень оставил в покое испорченную черкеску и, вздохнув, оглянулся на своего пленника. Жилистый, подтянутый мужик с обликом из серии «глянул и забыл». На первый взгляд его запросто можно было принять за кого угодно. Ничем не примечательный вид, если не брать в расчёт его тело.

Опытному взгляду сразу становилось понятно, что расслабляться рядом с этим человеком по меньшей мере глупо.

Почувствовав взгляд парня, пленник вскинул голову и, бросив на него быстрый, полный злости взгляд, снова опустил голову, невольно поёжившись и пошевелив плечами. С кобылы он грохнулся знатно. Кнут оставил на торсе мужика заметный след, так что ему было из-за чего злиться. Припомнив, как вязал его, Матвей невольно усмехнулся и бросил взгляд в самый конец колонны.

Там, отстав метров на тридцать, не спеша трусила та самая кобылка.

Понимая, что тащить через мёрзлую степь беременную животину, да ещё и с грузом, будет неправильно, казаки пересадили пленного на одного из коней, которых степняки захватили при нападении на конвой полковника. Но отпущенная кобыла почему-то решила, что рядом с казачьими конями ей будет лучше, и после короткого раздумья поспешила вслед десятку. Это вызвало смех и удивление казаков, но гнать её никто не стал.

Более того, Матвей, понимая, что в её положении кобыле требуется усиленное питание, разделил взятый с собой овёс между ней и Буяном."

"К его огромному удивлению, жеребец даже не подумал возражать и словно взял над кобылкой шефство. Во всяком случае, на ночёвке она стояла рядом с жеребцом. Так и получилось, что теперь кобыла не спеша шла следом за десятком, вызывая улыбки всадников. Бой в стойбище был стремительным и коротким, но от этого не менее кровавым.