Пленница Зверя

А вдруг он уже передумал? Возьмет меня прямо сейчас, а я даже сделать ничего не смогу?!

– А ты все-таки напрашиваешь на трах, маленькая сучка! Я же могу передумать прямо сейчас! – довольно произносит незваный гость.

Он крепко прижимает меня к себе одной рукой. Между нами сейчас нет никакой дистанции, хоть толики личного пространства. Другую укладывает мне на колено. На секунду замираю, предполагая, что сейчас здоровенная ручища поползет вверх, прямо к коротким шортикам, под которыми даже трусиков нет. Но этого не происходит.

– Отпустите! – молю я и пытаюсь вырваться, но практически не могу пошевелиться.

Мужчина, схвативший меня силен, как недвижимая скала. Одной его руки достаточно, чтобы удержать на месте такую малышку, как я. Лютому хищнику ничего не стоит придавить беспомощного воробьишку мощной лапой. Но я не оставляю попыток даровать себе свободу. Бесполезно ерзаю на месте и хнычу.

– Нравится тереться киской о мои бедра? – ухмыляется Зверь.

Меня обдает жаром от его слов. Он пробегает по телу горячей волной. С макушки до пяток накрывает. Чувствую, как загораются уши и щеки. Да все мое тело пылает, точно только что меня бросили в раскаленный адовый котел.

– Пожалуйста, прошу, отпустите! – плачу я, но больше не пытаюсь высвободиться, не хочу доставлять ублюдку удовольствия. – Если отец сказал, что найдет деньги, значит он их найдет. Сдержит слово! Я уверена в нем.

– Когда-то я тоже был уверен в твоем отце, детка... – огрубевшие пальцы стирают мои слезы. – А потом он посадил меня за решетку. Тот, от кого я ожидал подставы меньше всего. И теперь, – лицо бандита находится так близко к моему, что я зажмуриваюсь, – я не доверяю никому кроме себя.

Глава 3

Милана

Мне не разрешают взять из комнаты ничего. Ни вещи, ни телефон. Даже белье. На мне его нет, лишь легкий домашний костюм, состоящий из коротких шорт и маечки.

Спускаемся по лестнице. Мужчина идёт позади меня, изредка подталкивая в спину, когда я замедляюсь. Мои ноги не слушаются. Я так и норовлю споткнуться на ровном месте, но налитые свинцом конечности не поддаются контролю.

В груди тоже нависла тяжесть, которая увеличивается с каждым шагом, растёт, побуждая цепенеть от страха и разочарования.