Не твой сын (СИ)

С его точки зрения, это было наиболее справедливое и по всем человеческим параметрам логичное решение. Кто лучше может позаботиться о ребенке, как не родная бабушка?!

Он действовал из лучших побуждений. Но иногда излишнее желание восстановить справедливость может сослужить дурную службу.

Макашов вышел на связь с матерью Анны. Тамара Александровна оказалась женщиной словоохотливой и приятной в общении. И она была однозначно согласна, что рядом с достоянием ее внука не должно быть никаких Батуровых. Но.

На самом деле мать Анны ею не являлась.

Однако еще сильнее она ненавидела Илью Муратова и все, что с ним связано. Годы лелеять желание отомстить и внезапно получить шанс? Да еще какой! Только Тамара Александровна никогда терпением и умом не отличалась.

Частично это раскопал Ермолин, начбез Анны. Смог пробить по своим каналам. Но большая часть сведений, конечно, была предоставлена доверенным Алишера Шамаева. Для Павла Макашова случившееся оказалось шоком.

***

Всего этого Алишер жене, конечно, говорить не стал, просто сказал:

- Ее мачеха.

- Мачеха? – переспросила Альбина. – Это не ошибка? Насколько я знаю, у Анны был отчим.

- У нее и мать, как оказалось, неродная. Внебрачный ребенок мужа от другой женщины.

Некоторое время царило молчание.

- Алишер, пусть даже от другой, я бы никогда… - услышал он.

И тихо обронил:

- Я знаю.

Потом покосился на дверь палаты Батурова и как бы между прочим спросил:

- А что у нас слышно от Алины?

Дочь уже больше недели работала у Камалова секретаршей. Сколько точно, прикинул Алишер. О каждом дне ему подробно докладывали, однако Алина созванивалась с матерью, и ему важно было услышать именно это.

На том конце раздался то ли тихий смех, то ли восхищенный вздох.

- Она его ненавидит!

Алишер потер глаза и кашлянул.

- Она опоздала на какую-то там встречу. Что там точно произошло, я не знаю, она так кипела, я не разобрала толком. Но, кажется, он приказал никого не впускать, и ей пришлось ждать на улице под дождем. Потом он еще отругал за то, что документы намокли. И все это не повышая голоса. Представляешь?

- Ммм, - протянул он.