Газлайтер. Том 16 (СИ)

* * *Временная резиденция князя Великопермского, Москва

Князь Ермолай, только что выбитый из сауны с банщицами, мчится по коридору в халате, раздувающемся, как знамя позора. Одежда совершенно не подходит для обороны и командования в боевых условиях, но времени переодеться нет: вокруг гремят взрывы, стены дрожат, а охранники, не сбавляя темпа, орут на весь коридор.

— Атака! Князя на вертолёт! Быстрее, быстрее!

Ермолай, тяжело дыша, перепрыгивает через упавшую стойку и несётся к вертушке, стоящей на крыше. Гвардейцы запрыгивают в кабину, он в последний момент втискивается следом.

Рёв моторов перекрывает крики и грохот, лопасти бешено закручиваются, разгоняя воздух. Вертолёт взмывает в небо — хаос и паника остаются внизу.

— Взлетаем! — командует Ермолай, вцепившись в поручень."

"Но не успевают они подняться на высоту, как с левой стороны, в ослепительном золотом сиянии, появляется гигантская тень. Золотой дракон, сверкающий, как живое солнце, разрывает облака и поднимается на их уровень, раскрывая пасть.

Ермолай только успевает выругаться, прежде чем неистовый поток огня обрушивается на вертолёт.

Металл плавится, воздух заполняется едким дымом и запахом горящей обшивки. Кабина озаряется адским светом, лопасти начинают терять форму, разлетаются, и вот уже машина, потеряв управление, крутится в воздухе и начинает падать. Гвардейцы вопят, огонь пожирает всё вокруг, и единственное, что вырывается из уст Ермолая в последнем всплеске ненависти:

— Гребаный Филинов!

* * *Усадьба Фирсовых, Москва

Фирсов Ефрем Кузьмич сидит за массивным столом в своём кабинете, газетный лист хрустит под его пальцами.

На первой полосе жирным шрифтом пестрят заголовки: «Падение вертолёта князя Великопермского! Все на борту, кроме князя, погибли!». Кузьмич хмурит лоб, задумчиво покручивая ус.

— Модель, пишут, ханьская. Никогда не доверял этим рисоедам. Что они понимают в технике? Только тырить и могут, — ворчит он себе под нос, постукивая пальцем по строке с описанием технических характеристик.

Тяжёлая дверь кабинета приоткрывается, и внутрь неслышно входит Катя.

Она замирает у порога, выпрямив плечи, глаза полны решимости.

— Я согласна, дед. Перейду в род Вещих-Филиновых, — твёрдо говорит она. — Я хочу освоить свой Дар.

Фирсов поднимает взгляд, внимательно смотрит на внучку. Несколько мгновений он молчит, затем со вздохом откидывается на спинку кресла и тянется к телефону. В воздухе повисает напряжение.

— Ладно, будь по-твоему, — коротко бросает он, поднимая трубку.