Газлайтер. Том 16 (СИ)

— Мне пришлось эвакуировать всю прислугу.

Мы спускаемся по узкой винтовой лестнице, ведущей в подвал. Запах сырости и старых камней усиливается с каждым шагом. Внизу, за массивной деревянной дверью, скрывается бункер.

Фирсов открывает дверь, и мы входим в просторное помещение, освещённое мягким светом. В центре комнаты, на резной скамье, сидит Катя. Она читает книгу, но, услышав наш приход, поднимает глаза.

— Выходи, — говорит Фирсов, останавливаясь у входа.

Катя встаёт, аккуратно закрывая книгу. Её глаза встречаются с моими, в них отражается лёгкое удивление.

— Данила Степанович? — произносит она, делая шаг вперёд.

Фирсов открывает забрало шлема.

— Не буду ходить вокруг да около, — начинает он, его голос звучит тяжело. — Филиновы — твоя родня. Твой настоящий отец из их рода.

Катя застыла и моргает раз-другой.

— А разве мой папа не космонавт, который улетел далеко?

— Нет, он был телепат из Филиновых. Тот ещё отморозок, бабник и кровожадный сукин сын, — произносит ликвидатор без обиняков. — Ты унаследовала Рой Филиновых, а не наше Провидение.

Катя опускает глаза, нервно теребя край платья.

— Значит, я должна уйти из Фирсовых?

— Думай сама, хочешь ли ты к Филиновым, — продолжает Фирсов. — Данила готов тебя забрать и научить управлять Роем. Но только если ты войдёшь в его род.

Грохоча доспехами, он покидает помещение. Катя провожает деда офигевшими глазами, а потом медленно переводит свой очумелый взгляд на меня.

А я, расплывшись в широкой ухмылке, весело машу ей рукой:

— Привет, сестрёнка!

* * *Возвращаюсь в усадьбу, солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в тёплые оттенки оранжевого и розового.

— Даня! — восклицает она, зачем-то кидаясь мне на шею. — Срочные новости! Только что сообщили!

— Э, убавь пыл! Что случилось? — отстраняюсь, глядя в её взволнованное лицо.

Она оборачивается к остальным, затем снова смотрит на меня.

— В Будовске на мою родню, Соколовых, пытались напасть другие рода — из Перми, — быстро говорит она. — Но Енеревы и Калыйр пришли на выручку и отбили атаку.

Я сжимаю челюсти, ощущая, как внутри закипает гнев. Этот Ермолай совсем охренел? Нападать на родственников моей жены? Мало тебе уисосиков, скотина? Раз мало, получишь добавки.

Лакомка подходит ближе.

— Похоже, князь Великопермский решил действовать открыто, — тихо добавляет она.

Я лишь фыркаю в ответ.