На крутом вираже

Ничего не было слышно. Ну, я решил, что мне все почудилось, и снова лег.

– И все? – спросил Лев."

"– Нет, не все. Я лежал, пытаясь уснуть, и тут появились какие-то новые звуки. Что-то стукнуло, раздались чьи-то голоса, снова шаги! Теперь они уже не были такими тихими – человек бежал изо всех сил. Потом стукнула дверь, и все стихло. Но буквально через несколько секунд послышался настоящий грохот – это вы стучали в дверь к Аркадию. Ну, тут уж я вскочил. А за мной и Анюта встала, начала спрашивать, что случилось… Ну, а дальше вы сами знаете.

– Да, дальше я знаю, – кивнул Гуров. – Значит, если я тебя правильно понял, человек крался мимо твоей двери, стараясь ступать как можно тише?

– Да, это были не шаги, а словно… ну, словно кошка прошла.

– А человек шел мимо вашей двери?

– Да, так.

– И обратно он бежал опять мимо вас?

– Да, он пробежал мимо.

– Что-нибудь еще ты слышал?

– Нет, больше ничего.

– А скажи… – начал было Гуров, но не успел договорить, так как на площадке второго этажа появился лейтенант Мироненко.

– Я нашел! Нашел! – воскликнул лейтенант. – Все здесь!

– Не кричи, как медведь, когда его гонят из берлоги, – скривился Лев и, обращаясь к Виктору, попросил: – Помоги мне подняться. Надо взглянуть на эту находку.

Виктор помог ему встать, и они направились к лестнице.

– Не надо вам подниматься, я сейчас спущусь, – крикнул Мироненко и быстро сбежал вниз. – Вот, – сказал он, протягивая Гурову то, что держал в руках. – Все здесь: и балаклава, и свитер синий, и нож.

– Ты как проводил обыск – по правилам или нет? – спросил Гуров. – У тебя были свидетели?

– Да, там как раз проснулся и подошел Перевозчиков, и я попросил его присутствовать при обыске.

– Так я и думал! – воскликнул Виктор Селезнев. – Значит, это все Аркадий! Вот гнида!

– Погоди распаляться, – остановил его Лев. После чего вновь повернулся к лейтенанту и спросил: – А где сейчас сам Аркадий?

– У себя в комнате, – ответил Мироненко. – Я надел на него наручники, а второй парой браслетов приковал к кровати.