На крутом вираже

 – Почему вы врываетесь посреди ночи, угрожаете выломать дверь? Хотя подождите… – Он уставился на левую руку Гурова: – Что это у вас – кровь? Простите, я плохо вижу без линз…

– Без линз? Так вы линзы носите?

– Ну да, а вы разве не знали? У меня «минус три», вижу очень плохо, машину водить совсем не могу… Так это действительно кровь? Что произошло?

Гуров не успел ответить, так как поблизости открылись еще две двери. Из одной выглядывала Инесса Максимовна, из другой – Виктор Селезнев.

– Что-то случилось? – спросила мадам Селезнева, придерживая на груди халатик.

– Утром я все вам расскажу, – пообещал Лев. – Сейчас не хочу портить ваш сон. Хотя это уже не удастся… – добавил он, увидев, как одна за другой открылись и остальные двери второго этажа.

В коридоре появились проснувшиеся Ксения, Анюта Коробкина, сам Георгий Юрьевич Селезнев… Не видно было только Анатолия Перевозчикова.

– Вот что, лейтенант, – повернулся Лев к Мироненко, – сейчас нужно будет провести обыск в их комнатах.

– А что мы будем искать? – спросил лейтенант. – Нож?

– Нож тоже важен, но в первую очередь нас интересует маска – балаклава и синий спортивный костюм. И начнем мы с комнаты…

Он не договорил последнюю фразу, потому что голова у него внезапно закружилась, и пришлось схватиться за дверную притолоку, чтобы не упасть.

– Господи, да вы ранены! – воскликнула Анюта. – Вон сколько крови потеряли, и она все течет! Вас срочно нужно перевязать! Давайте я это сделаю.

– Да, конечно, – подал голос младший Селезнев. – Я знаю, где у нас бинты, сейчас принесу. – И он направился в конец коридора.

– Вот какой у меня сын отзывчивый! – воскликнула Инесса Максимовна. Она тоже вошла в комнату Аркадия и даже выказала готовность поддержать Гурова, если он вздумает вдруг упасть. – Всегда готов прийти на помощь!

– Ладно, перевязывайте, – согласился Гуров.

– Так мы что, вроде как под домашним арестом? – спросила Инесса Максимовна.

– Можете считать и так.