Мой злой Фей

Шопоголиком! Он скупил столько всего, что хватило бы на группу детского сада. По его собственному признанию, он был явно не в себе, когда отправился за покупками, хватал все, попадавшееся под руку. В результате я насчитала десятка два теплых кофт, пяток зимних комбинезонов, про распашонки, ползунки и прочие мелочи – вообще молчу. В довершении обнаружился пакет с формой. Школьной. Класса так для десятого, не меньше. Я смеялась, а Лукьянов растерянно чесал макушку и бормотал невразумительное «про запас».

Это было здорово.

"Такое странное ощущение — быть не одной, в груди словно цветы распускаются и душа вибрирует, поет.

Следующее утро началось с приятного ощущения тепла, обволакивающего со всех сторон. Потянувшись, перевернулась на другой бок, уткнувшись носом в крепкую мужскую грудь. Сонно поморгала, пытаясь понять, что к чему, на локте чуть приподнялась, хмуро взглянув на Тимофея — он спал, как сурок, по-хозяйски на меня руку закинув.

Мне все так. Мне хорошо.

Мы вчера заснули вместе. Без лишних слов, телодвижений, оправданий, поиска причин, почему нельзя так делать. Я просто тихо спросила «останешься», он ответил «да». Вот и все. И все разногласия, что стояли между нами и казались непреодолимым препятствием на пути к счастью, остались за дверями спальни.

Я поняла одну важную вещь, не надо искать повод усложнить жизнь себе и близким, надо просто жить здесь и сейчас, и наслаждаться каждым моментом.

Осторожно, стараясь не разбудить хозяина, укладываюсь обратно и со счастливой улыбкой носом в него утыкаюсь. Как приятно! Его запах успокаивает, обволакивает и мне кажется, что самое уютное и безопасное место в мире — его объятия.

Подремала еще немного, но заснуть окончательно не смогла — сын проснулся и начал буянить. Пинал меня, а заодно и Лукьянову прилетело, потому что животом к нему прижималась.

— Дерется? — сонно пробубнил, не открывая глаз.

— Да, — отвечаю шепотом, боясь разрушить очарование момента.

— Ну-ка не хулигань, — руку на живот положил, прижимая теплую ладонь, погладил легко, и малыш замер, притих, прислушиваясь к его голосу.

— У тебя не забалуешь, — не смогла удержать иронии, — мигом уму разуму научишь.

— Да. Только с тобой этот номер почему-то не прокатывает.