Хочу вернуть жену

Мне на плечо легла чья-то ладонь. Как следом выяснилось - свекрови.

- Да, Екатерина. Будьте добры - оставьте разборки с моим сыном хотя бы на то время, которое потребуется для проведения школьной линейки. Иначе мне лично придется выпроводить вас куда подальше.

Я сцепила челюсти с такой силой, что они хрустнули. На глазах появились слезы, которые я быстро сморгнула. Никто не должен был их видеть. Особенно - Константинов.

В его сторону я не смотрела. Не имела представления о том, что он чувствует, о чем думает.

- Хорошо, - согласилась Екатерина и, смерив меня быстрым взглядом, отошла.

Чего мне стоило стоять и делать вид, что все в порядке, не знал никто. На моем лице, словно приклеенная была улыбка. С нею я провожала взглядом Сашку, что шла сейчас за руку с каким-то мальчиком, поднимаясь на школьное крыльцо.

Да, так будет правильнее всего - сосредоточиться на ребенке, а после просто сделать вид, что ничего не случилось. Дождаться Сашу, уехать с ней и родными в кафе.

- Все, ушла, - сказала свекровь, говоря о Сашке и переключая мое внимание на то единственное, что имело значение. - Теперь, вроде бы, на полчаса? - спросила меня Татьяна Ивановна. В ее голосе послышалась едва ли не истеричная напряженность.

- Да, на полчасика сказали, - проговорила в ответ нарочито спокойно. - Давайте переждем где-нибудь?

- Можно в моей машине, - предложила свекровь.

Мои родители, на которых перевела невидящий взгляд, закивали.

- Есень… - начал Никита, на что Татьяна Ивановна рявкнула:

- Не смей!

Даже я вздрогнула от того, как прозвучал ее голос.

- Не смей, понял? Иди и решай свои проблемы сам. А от нашей девочки и ребенка, которого она тебе родила, будь добр держаться сейчас подальше.

Не дожидаясь того, что ответит Константинов, свекровь повела меня к своей машине. И я, еле переставляя ноги, шла рядом с ней, сопровождаемая, словно стражами, моими родителями.

Глава 11

Все происходило, как в фильме ужасов, где он играл главную роль. Причем не мог бы сейчас точно сказать с какой стороны находится. Был ли он жертвой, за которой гнался окровавленный маньяк, или же тем самым преследователем, от которого шарахались все.

С Катей он провел неделю. Чертовых семь дней, когда только ушел от Еси.