Камень. Книга 4

Судя по манёврам этой троицы, они готовят нападение именно на Марию Александровну и Варвару Александровну — один из них, самый молодой Никпай, на одной из возвышенностей в парке отслеживает наиболее вероятный маршрут из Кремля, никак не реагируя на автомобили, на которых нет гербов Романовых. Государь, если мне будет позволено высказать своё мнение, они точно смертники. Со всеми вытекающими… Лебедеву я верю, но и он может ошибаться в оценке потенциала колдуна. Может, пока не поздно, отозвать машины Великих княжон, и по-тихому взять злодеев.

Лебедев «тишину» гарантирует.

— Я услышал тебя, Виталий. — кивнул Император. — Саша?

— Полностью поддерживаю предложение Виталия. Машины дочерей придержать, а «этих» взять «тихо».

— Володя?

— Присоединяюсь.

— Михеев в курсе? — спросил Император.

— Нет, Государь. — ответил Пафнутьев. — Сразу докладываю вам.

— Алексей в ресторане?

— Да. Уже встречает гостей.

— Отлично. А теперь послушайте меня. — сказал Император «веско». — Машка с Варькой не рафинированные барышни, постоять за себя смогут, даже перед лицом колдуна.

Дворцовые с Валькириями тоже. Приказываю ни во что не вмешиваться, пусть Никпаи нападут.

— Отец, это же твои внучки и мои дочки! — Император с братом и Пафнутьевым заметили, что Цесаревич вскочил со стула и приблизил лицо к камере. — Как ты можешь отдавать такие приказы?

— Они Романовы! — рявкнул Император. — Сядь и успокойся. — он дождался, пока сын вновь не устроится перед камерой на стуле. — Эти Никпаи не профессиональные военные, а дипломаты.

Решили бездарно сдохнуть, не будем им мешать. Виталий, что там с предполагаемыми рангами этих упырей? Ты, если мне память не изменяет, говорил, что один, предположительно, воевода, а второй витязь?

— Да, Государь.

— Вот они и делают ставку на своего колдуна и эффект неожиданности. Так, Виталий, дашь команду Лебедеву и своим вмешиваться только в крайнем случае. Там уж тогда можете не стесняться. Дальше. Пусть нападение снимает как можно больше камер, потом смонтируете как надо.

Пострашнее, короче, чтоб подданные прониклись подлостью Никпаев. — Пафнутьев кивнул. — Уже сейчас начинаешь готовить беспорядки рядом с посольством Королевства Афганистан и нужные вбросы в СМИ. Ну, ты сам знаешь, не мне тебя учить. — Пафнутьев снова кивнул.

— Отец, ты решил напасть на Афганистан? — Цесаревич сидел с круглыми глазами.

Глаза Владимира Николаевича были не сильно меньше глаз племянника.

— Зачем? — хмыкнул Император.