Камень. Книга 2

 — Не стесняйтесь!

Все остальные Романовы отошли чуть в сторонку, чтобы не мешать обзору, и тоже повернулись, наблюдая реакцию представителей Главных Родов. Мария Федоровна тоже с интересом смотрела на князей и их Наследников.

Очень неуверенно, с опаской, но народ подтянулся и встал у невидимой черты. Я оказался во втором ряду.

Видок, конечно, у Гагариных был крайне неважный. Я даже думать не стал о том, что с ними делали в Бутырке, хотя после Мытищ им, наверное, и этого было мало. И у того, и у другого — совершенно пустые глаза, смотрящие в никуда, бледные лица со впалыми щеками.

Было видно, что грязные волосы князя поседели до белизны, как и у его сына.

— Так вот куда они все пропали… — опять услышал я, но голос был другой."

"— Виталий Борисович, начинай. — сказал Николай кивнувшему Пафнутьеву.

Тот открыл принесённую с собой папку, откашлялся и начал зачитывать указ Императора. Смысл его сводился к тому, что за организацию покушения на члена Императорского Рода, весь Род Гагариных лишается дворянского достоинства и подлежит выдворению с территории Российской Империи с запретом обратного пересечения границы под страхом наказания.

Всё имущество Гагариных обращается в пользу Императорского Рода. Непосредственные организаторы и участники покушения, шло перечисление фамилий, приговаривались к смерти.

— Приступайте! — махнул рукой Николай.

Гагариных повернули за волосы в сторону, как я понял, их соучастников, а два сотрудника тюрьмы достали «Стечкины» и начали методично стрелять в головы людям из Рода Гагариных.

Секунд за тридцать они управились. Бывшего князя Гагарина с сыном вновь повернули, но лицами друг другу.

— Глаза открой, тварь! — рявкнул на Гагарина-старшего один из сотрудников. — Открывай, сказал!

Бах!

Тело наследника с развороченной головой падает на мостовую внутреннего двора Бутырской тюрьмы, а лицо бывшего князя обильно обдаёт брызгами крови и частичками черепа с мозгом его сына. И он завыл! А сотрудники Тайной канцелярии смотрели на Императора.

Даже мне, имевшему все основания ненавидеть Гагариных, стало не по себе от этого воя, и захотелось побыстрее закончить его мучения. Но он всё выл и выл! Наконец, Император кивнул.

Бах!

Тело отца упало рядом с телом сына…

С минуту стояла гробовая тишина, пока Император не сказал:

— К сожалению, господа, младший Гагарин не смог поприсутствовать на сегодняшнем приёме… Сдох при задержании. А теперь можете помянуть рабов божьих Гагариных.