Камень. Книга 2

Подошедшие отец с сыном Куракины чуть ли не прямым текстом поблагодарили деда за «падение Юсупова с лестницы», косясь на меня, но при этом заметили, что так удачно складывающиеся переговоры с Юсуповыми о достойной вире вынужденно прервались из-за «болезни» противной стороны.

Следующими нашими собеседниками стали Шереметьевы, с которыми я уже успел познакомится около входа в Бутырку."

"— А мы, Миша, хотим твоего внука поближе рассмотреть. — глядя на меня, сказал Андрей Кириллович, князь Шереметьев после обязательного вступления и комплиментов деду за его моложавый вид.

 — Он с нашей Анной дружит. Внучка уже все уши родителям прожужжала — Алексей то, Алексей это… — он кивнул на своего сына, Кирилла Андреевича. — Симпатия у девки к твоему внуку…

— Алексей хоть и скрытный парень, — глянув на меня, ответил улыбающийся дед, — но про Анну вашу мне рассказывал, и только с лучшей стороны. Да мне и самому было очень приятно прочитать статью Анны про выставку Хмельницкого, где она меня филантропом и ценителем прекрасного обозвала.

Все посмеялись, пообещали друг другу чаще видеться и приглашать в гости, и мы направились к освободившейся Императорской чете.

— Молодец, Алексей! — негромко сказал мне Николай. — Решил вопрос с Юсуповыми. Миша, — обратился он к деду, — с вирой не продешеви! — князь Пожарский кивнул. — Гриша, как служба?

— Хорошо, Государь.

 — попытался вытянуться дядька, но вовремя себя остановил — не на плацу.

— Алексей, — это была уже Мария Фёдоровна, — мне Маша сказала, что они завтра с Варей к тебе едут?

— Да… бабушка. — кивнул я.

— Ты уж присмотри за ними. Хорошо?

— Присмотрю. — опять кивнул я.

— И сам в гости как-нибудь загляни.

— Загляну. — в третий раз кивнул я.

Отец, что характерно, к нам не приближался, переходя от одной компании к другой. Ну, и слава богу!

Проходка продолжалась — поговорить мы успели и с Военным министром, и с прокурорскими, и другими аристократами.

Когда же, наконец, нами была отработана «обязательная программа» по общению, и я чуть расслабился, в голову пришла мысль о бесполезности моего присутствия на этом приёме, кроме личного знакомства с аристократией Империи, каких-то планов Романовых на Гагариных и откровенно порадовавшего меня своим видом Юсупова.