Связной

 — Глядишь, хороший политрук из тебя получился бы. Промывать мозги, как выясняется, ты умеешь.

— А может быть, и получился бы, — с некоторым вызовом посмотрел на Мельника чуток осоловевшими глазами хозяин. — Как ты думаешь, кто войну выиграет?

— Ясное дело, немцы! — уверенно ответил Мельник, взял горячую картошку и побросал ее с ладони на ладонь, остужая. Жаркая, разваренная, она буквально обжигала кожу. Но именно такую он и предпочитал. Приправишь чуток подсолнечным маслом, подсолишь, и лучшего обеда даже трудно представить.

— Все так, — легко согласился Денис Иванович, слегка нахмурив кустистые брови. — А вот только я тебе одно хочу сказать: никогда немцы не выиграют войну с русскими! Не переварить им российских просторов! Да и склад ума у них совершенно другой. Вот мы к таким пространствам привычны. А еще им никогда не перешибить русского разгильдяйства.

— Это у нас в крови, — согласился с улыбкой Мельник.

— А дороги у них какие, вспомни!

— Дороги что надо."

"— Вот они и прошли на своих танках по этим дорогам всю Европу! А у нас в России сразу же под Москвой в грязи увязли! И морозы у нас будь здоров! На таких морозах немецкие танки не заводятся… Это поначалу немцам сопутствовал успех, а потом они совсем остановились! Вот попомнишь мое слово: всю эту армаду скоро назад погонят! И знаешь, кто погонит?

— Кто же?

— Обыкновенный русский мужик, лапотник, которому-то и терять в этой жизни особенно нечего.

Вяленая кабанина была чуток жестковата — вязла в зубах, но вкус был пряный, и Мельник чувствовал, как рот наполняется обильной слюной.

— А чего ты тогда немцам служишь при таких взглядах? — жуя кабанину, заметил Мельник.

— Я себя об этом сам не однажды спрашивал и все никак не могу найти ответа. Ну не нравится мне Советская власть вместе с товарищем Сталиным! Как ты тут ни крути… Знаю, что рано или поздно немцам конец придет, а только ничего поделать с собой не могу.