Грязная тайна

На вокзал мы приезжаем за десять минут до отправления. Миша все ещё пытается переубедить меня остаться и никуда не ехать.

— И без тебя станцуют, – никак не понимает он.

— Да что ты за человек-то такой? – недоумеваю я, быстрым шагом направляясь на платформу. – Почему свою работу и увлечения ты ставишь выше моих? Я должна… Нет, я просто обязана поехать! Осталась всего неделя. Тридцатого декабря я перееду к тебе насовсем. Ещё прогонять будешь!

Захожу в свой вагон, занимаю место у окна и ищу среди прохожих Медведя.

Он курит, задумчиво провожает меня взглядом. Когда поезд трогает, то я машу Басаргину рукой, а он при этом не шевелится. Злится.

***— У меня ноги промокли насквозь, — чертыхается Ляля. – А домой ещё пилить и пилить.

— Хочешь остаться у меня? – спрашиваю подругу. – Дома все равно одной скучно.

— Если тебе не в напряг – то я с радостью.

Ляля живёт на другом конце города, а на часах уже одиннадцать вечера.

Мы оттанцевали сложный концерт и жутко устали. К тому же весь недавно выпавший снег вдруг решил сегодня растаять. Теперь воды почти по колено! Идёшь и чувствуешь, как неприятно чавкают ботинки и остывают ноги.

— У тебя есть что-то пожрать? – спрашивает подруга, выходя из душа и кутаясь в мой розовый халат. – Или доставку закажем?

— Вчера я приготовила картошку с курицей и грибами. Но она почему-то не удалась. Привкус жуткий, желудок сводило.

Открываю приложение с доставкой еды, выбираю чем бы поужинать. Состояние вялое. Мне бы завалиться и спать, но организм настойчиво требует еды.

— Ты выбросила? — интересуется Ляля.

— А?

Поднимаю взгляд, непонимающе моргаю.

— Картошку, спрашиваю, выбросила? Боюсь, я не дождусь доставку и умру от голода!

— Ну раз хочешь отравиться – пожалуйста. Картошка в холодильнике, да.

Ляля отсыпает себе порцию с горкой, пробует и закатывает глаза от удовольствия, после чего ставит тарелку на разогрев в микроволновку.

— Алиса, я ещё вчера хотела спросить, когда ты чуть в обморок не грохнулась на тренировке…

— Да не грохнулась бы я! — резко отвечаю.

— Не в первый раз, — чуть тише проговаривает подруга.

— И что? К чему ты клонишь?

— Ты не можешь быть беременна? Не смотри так, словно хочешь убить. Чисто теоретически.