Четвертый брак черной вдовы

 — залепетала Катарина, когда Хоэль затолкнул ее в ванную и закрыл двери изнутри.

— Теперь можно и поговорить, — Хоэль, не глядя на жену, прошел к ванне и пощупал воду. — Ну вот, почти остыла — он, даже не озаботившись полотенцем, подхватил за ручки медный котелок, булькавший на жаровне, и вылил в ванну.

На Катарину это произвело впечатление.

— Вы обжечься не боитесь? — спросила она, на мгновение позабыв о краже денег и прочих не особенно приятных событиях.

— Не боюсь, — проворчал Хоэль, развязывая шнурок на штанах и сбрасывая их на пол.

Жена не успела отвернуться. Он с удовольствием увидел, как ее нежное лицо залил румянец, и не удержался от подковырки:

— Я вас шокировал?

— Нет, что вы, — ответила она холодно. — После кражи денег меня не шокирует такая ерунда, как ваша голая задница.

Но тут же отвернулась, глядя в стенку. Хоэль залез в воду и блаженно вытянулся — ванна была огромной, он помещался в ней весь — с руками и ногами. Интересно, не в этой ли ванне утонул первый муж благородной донны?

— Вы не убегаете, — заметил он, закладывая руки за голову.

— Вы намеревались поговорить, — напомнила Катарина.

— Возьмите мыло и мочалку, — велел он.

— Разве я похожа на Чарито?

Он смерил ее таким оценивающим взглядом, что Катарина ахнула от негодования.

— Вы красивее, — изрек, наконец, Хоэль. — Но толку от Чарито было бы больше. Мыло и мочалку, пожалуйста.

Кипя от возмущения, он подала ему кусок мыла, пахнущий мятой, и новую мочалку — сунула в руку и поспешила отойти. Хоэль только вздохнул украдкой — а с чего он решил, что благородная донья будет его мыть? Дурацкие мечты посещают в этом доме.

— Ваш отец очень вас любил, раз оставил все деньги вам, обделив жену, — сказал он, намыливаясь.

— Донна Флоренсия сама просила его об этом, — ответила Катарина настороженно."

"— Очень благородно с ее стороны, — поддакнул Хоэль. — А вы знаете, в каких размерах ваша дорогая мачеха расходует ваши деньги?

— Я предоставила ей право брать столько, сколько нужно, — ответила Катарина тихо, но твердо.

— Она на воды ездит, и на тряпки тратит столько, что можно полгорода одеть.

— Мне это известно, — Катарина опустила ресницы, всем своим видом показывая, что он вмешивается не в свое дело.

— И вас это устраивает? — Хоэль приподнял брови.

— Я обещала отцу, что буду заботиться о его жене.

Ну вот, тайна открылась. Хоэль не выдержал и расхохотался. Катарина посмотрела на него с возмущением.

— Так вы дали слово? — спросил он насмешливо. — Что ж, тогда все понятно.