Четвертый брак черной вдовы

 — Рад тебя видеть! Но Мордовороту рад еще больше! — и он подхватил под уздцы серого коня. Конь сначала шарахнулся, но потом тихо заржал и склонил голову. — Что, признал, шельмец? — Хоэль гладил его по атласной шее и смеялся."

"Катарина впервые услышала такой смех, и ей стало обидно, что с ней Хоэль никогда так не смеялся. Сейчас ее муж был таким свободным, таким искренним И она почти позавидовала. Хотя вернее было назвать это чувство ревностью, но разве можно ревновать к животному?

Но потом ей стало смешно и стыдно.

Оказывается, Офико — вовсе не страшный вояка-головорез, а конь. Ей вспомнились слова, что ее муж сказал Лусии — нельзя судить по имени. И он был прав — Мордоворот оказался прекраснейшим существом. Она не очень разбиралась в лошадях, но оценить красоту и стать могла. Офико был очень красивым конем, и за ним тщательно ухаживали — шерсть так и лоснилась, а грива и хвост были причесаны волосок к волоску.

Только сейчас Катарина заметила дона Тадео.

Он стоял поодаль, комкая шапку, и был бледен, как призрак. Это испугало и озадачило женщину. Зачем он пришел? И почему смотрит на Хоэля такими больными глазами?

Она не успела ничего спросить, потому что дон Тадео сам спросил — и спросил так, будто у него разом разболелись все зубы:

— Так вы — хозяин этого чуда?

Он обращался к Хоэлю, и тот удивленно оглянулся, только сейчас заметив гостя.

— Конь мой, — сказал он спокойно, поглаживая Офико по холке.

— Что ж, остается только позавидовать вашему везению, — криво улыбнулся дон Тадео.

 — Лучшая женщина и лучший конь достались вам. Прошу прощения, — он коротко поклонился, надел шапку и едва не пнул калитку, выходя со двора.

Хоэль лишь рассеянно кивнул, но Трончиталь Лупито что-то шепнул ему, и Хоэль свистнул, привлекая внимание, а потом окликнул:

— Эй, дон Как-вас-там Постойте-ка на пару слов.

Дон Тадео не сразу понял, что обращаются к нему, но когда Хоэль отправился за ним вдогонку, побагровел от негодования и остановился с самым непримиримым видом.

Катарина схватила за руку Лусию, которая, пискнув, помчалась на улицу.

— Он опять начнет драку! Это чудовище! — произнесла Лусия, задыхаясь. Она все порывалась освободиться, но Катарина крепко держала ее за руку.

— Успокойся. Не видишь — они просто разговаривают.

— Знаю я, чем заканчиваются эти разговоры! — возмутилась Лусия, но Катарина уже обняла ее за талию, увлекая в дом.