Четвертый брак черной вдовы

Но уступить ей будет неправильно.

— А если откажусь? — спросила она. — Что будете делать? Сами полезете мне под юбку?

— Зачем? — Хоэль пожал плечами и прищелкнул ногтем по сборнику любовных сонетов. — Не забывайте, вы у меня в руках. И вы, и ваши денежки. И вы же не хотите, чтобы ваша говорливая соседка донья Инес узнала, что вы прячете в шкафу, и что читаете.

— Да это шантаж!

— Я бы не советовал вам быть такой категоричной, — протянул Хоэль, переводя взгляд на губы Катарины и сразу же отворачиваясь.

— О! Вы поднаторели в сложных словах! — притворно восхитилась Катарина.

— Общение с вами пошло мне на пользу, — сказал он, взяв со стола томик стихов Гарсиласо де ла Васо и пролистав несколько страниц: — Вы же такая образованная, донья, книжки вот читаете Вам нравится этот парень? Гарсиласо. Как всем доньям в городе? Он тоже разбирается в женских прелестях. Хотя, между нами, он всего лишь любовный болтун, обыкновенный враль.

— Дон де ла Васо хотя бы врет красиво, — не удержалась от колкости Катарина, забирая у него книгу. — Как говорил его персонаж, слуга-пройдоха Табарино: «Если уж врать, то врать увлекательно».

— Вот так-так, — проворчал Хоэль. — Вы этого любовного болтуна наизусть заучили? Только я-то совсем не вру.

— Но и правды не говорите.

— Вы тоже, — сказал он со значением, заставив Катарину покраснеть, а потом совсем другим тоном добавил: — Я подожду вас внизу, донья.

— Совсем не нужно, — торопливо сказала она.

— Мало ли что, а мне так спокойнее, — заявил он и полез обратно в окно.

— Хоэль, подождите, — позвала Катарина, и он быстро оглянулся, даже слишком быстро.

В глазах его она увидела огонь. Но не отблески пламени свечей, а совсем другой огонь — который пылает в душе, в сердце. И еще в его глазах были желание, и надежда. И еще — страх Да, она не могла ошибиться. Страх, неуверенность Катарина была обескуражена этим, как мальчик-пастушок, который вышел на бой с великаном, вооруженный одной пращой, и попавший противнику прямиком камнем в лоб.

Он шумно выдохнул, взъерошил волосы и усмехнулся:

— Благодарю, донья, но я всегда ухожу тем же путем, что пришел.

Катарина смотрела, как он спускается, цепляясь за выступы на каменной стене. Как появился — так и исчез. Какой странный человек. Пугающий, но почему-то рядом с ним ей совсем не страшно.