Чехов 7. Императорская охота

— Злачных? — опешил я.

— Он сказал что-то о притоне и игорном доме. Я не стала уточнять, о чем речь. Не в моих правилах совать нос туда, куда не следует.

— Но он же понимал, что между нами…

— Это ты у князя спрашивай, что он понимал. Он не ставил условия становиться твоей любовницей. И можешь не верить, но я живая, и тоже имею чувства и желания. А ты приятный парень. Неужели тебе так сложно представить, что мне захотелось провести с тобой время по своей воле?

— Послушай…- попытался начать я, но девушка вскинула ладонь, призывая меня замолчать.

— Я не лгала и выбрала тебя для себя. Пусть на время, но я взяла немного счастья в долг у этой жизни. И ни о чем не жалею. Не смей обвинять меня в продажности. Никто мне не платил за то, что я раздевалась для тебя. За то, что я тебе снилась.

Я растерянно уставился на Регину. Она провела пальцами по волосам, словно пыталась успокоиться.

— Мы разные. Я не строила планов относительно нас или нашего будущего. Мне просто хотелось хоть ненадолго ощутить себя свободной.

— Ты знаешь о том, кто ты? — осторожно осведомился я.

Девушка полоснула меня полночным взглядом и закусила губу. Потом тряхнула головой и резко спрыгнула со стула. Из выреза ее блузки выскользнул закрепленный на шнурке кулон. Тот самый, камень желаний, который после нашей игры остался у нее. Регина заметила его и резким движением ладони сдернула с шеи. Швырнула на стол и отчеканила:

— Я хочу свободы. Ты можешь мне дать ее?

— От меня? — уточнил я, испытывая некое подобие облегчения, что мне не придется говорить ей о разрыве.

— От всего этого, — она нервно обвела руками комнату. — Я тут как в клетке. Этот мир не для меня. Я здесь чужая… Я не понимаю, о чем говорю…

Ее плечи опустились, и я подошел ближе, чтобы обнять Регину.

— Я не должен был говорить с тобой об этом.

— Должен. Потому что иначе ты бы мучился неизвестностью. Надумал бы себе всякое. К тому же, — она подняла на меня глаза, — между нами уже ничего не может быть. И дело не во мне. В тебе. Я вижу тут, — ее пальцы легли на мою грудь, — тень девушки, которую ты выбрал душой.

— Видишь? — тихо спросил я и погладил по шелковистым волосам.

— Да. А ты ее не видишь. Не знаешь ее настоящей. Но уже смог принять со всеми ее грехами прошлыми и будущими.

Девушка решительно вывернулась из моих рук и направилась в сторону выхода.

— Куда ты? Нельзя уходить…

— Мне нельзя запрещать, — она заговорила странным низким голосом, от которого по моей коже пробежала волна мурашек.