За каменной стеной

Горячо просила Мишу подождать, пока побольше народу разъедется, но он не из тех, кто прячется. Либо со мной, либо без – он бы все равно спустился вниз сообщить брату, что сам отвезет меня домой. Так что я смиренно начала собирать вещи.

Многие видели, что мы спускались вместе. Все они пребывали в недоумении, но с Мишей поздоровались дружелюбно. А вот когда я нашла в зале брата, чтобы предупредить об отъезде, никакого расположения ждать не приходилось.

Миша зашел со мной, словно обозначая, что все – я с ним, и ничего с этим не сделать.

Друзья брата, сидевшие за столом, тоже притихли. Но они хотя бы попрощались с нами. Дима – нет. С того момента в грудной клетке и застыл свинцовый осадок, который я ощущала до сих пор.

Оля застала наш уход уже в прихожей. Попросила меня позвонить ей, как доеду, а вот Мишу в упор игнорировала. Однако он не стал откладывать неудобный разговор.

Я уезжала с камнем на сердце, но великим утешением для меня было – наши переплетенные руки. Не хотелось расставаться. И Миша, будто по лицу прочитав мои мысли, привез меня в свою квартиру, где мы пробыли вдвоем до самого вечера, просто наслаждаясь обществом друг друга.

"– Эй? – Я встрепенулась и встретилась взглядом с Мишей, который наблюдал за мной с полуулыбкой. – Ты где витаешь?

Оказалось, он уже закончил разговор, а мне принесли салат.

– Просто задумалась, – уклончиво ответила я, улыбнувшись в ответ и наблюдая, как Миша заботливо переместил тарелку ближе ко мне.

Послушно взяв вилку, я придвинулась к столу, но к еде приступать не спешила.

– Знаешь… Марина кое-что рассказала мне сегодня, – вдруг вспомнила я и испытала желание поделиться с ним этим прямо сейчас.

– О чем именно? – сдержанно уточнил он.

Встретившись с карими глазами, я помедлила мгновение. Была причина подумать, прежде чем сказать.

– Помнишь, я тебе говорила, что Марина работала в доме Молотовых?

По одному взгляду стало ясно, что Миша прекрасно помнит. И что тогда ему крайне не понравилось упоминание о моем бывшем.