За каменной стеной

Миша буквально оседлал моего обидчика, вжимая лицом в грязный ковролин, и жестко контролировал его болевым приемом. И очень скоро здоровяку стало не до смеха. Хозяин клуба так завернул ему руку, что Макс, издав рев, стал рьяно хлопать по полу.

– Миха!.. Блядь, да ты че?! Больно же!

– Потерпишь, большой мальчик! – жестко выдал Миша. – Нехер моей девушке настроение портить. Свои подъебки репетируй в другом месте, понял?!

Тут до здоровяка и дошло. Кое-как подняв голову, он устремил недоуменный взгляд на меня, покрасневшую до кончиков волос, прежде чем снова шлепнулся щекой о пол.

Приблизившись, Миша как ни в чем не бывало взял меня за руку и повел к выходу. Я же никак не могла прийти в себя. Не думала, что он воспринял мою жалобу всерьез. И вообще не ожидала, что Миша так жестко поставит на место этого Максима! С одной стороны, обидчик это заслужил.

– Может, не стоило так с ним? – мягко заметила я, когда мы сели в машину.

Миша ничего не ответил. Но поджал губы, явно недовольный тем, что я проявляю неуместное сострадание.

– Теперь твои ребята будут косо на меня смотреть и считать ябедой, – уныло заметила я, ласково обхватив его теплую ладонь пальцами.

По одному дыханию я поняла, что Миша смягчился. А через мгновение рукой, которую я гладила, включил передачу и прижал меня к себе.

"– Этот дятел давно на свой клюв выпрашивал – не накручивай. А моим ребятам некогда губы дуть. Им за своими мордами следить надо.

Его слова успокоили. Действительно, с чего я взяла, что им есть до меня дело? Но Миша, похоже, решил по моему вздоху, что его убеждений недостаточно, и, поцеловав мою макушку, неожиданно предложил:

– Хочешь, я тебя паре приемов научу?

Я аж отстранилась от него.

– Правда?

– Почему нет? Вдруг меня рядом не будет, а кто-то выпросит за косой взгляд?

Улыбка озарила мое лицо, и я охотно воскликнула:

– Конечно, хочу! Это же так круто…

Миша усмехнулся и, снисходительно глянув на меня, покачал головой.

В какой-то момент моя улыбка растаяла, а взгляд сосредоточился на лице любимого.