Сопротивляйся

Развернувшись, он складывает на груди руки и прислоняется бедром к столешнице.

– Кого? – смотрит на меня оттуда.

Остановившись напротив, копирую его позу.

– Твоего “делового партнера”, – склоняю набок голову.

Его глаза цепляются за мои, между бровей возникает складка.

– Хочешь вернуться к старому разговору? – спрашивает. – Могу я тогда налить себе чего-нибудь выпить?

– Это ты устроил ей переезд? – игнорирую его “юмор”.

Руслан проводит ладонью по своей шее, сощуривая глаза.

– Могу я услышать эту историю с самого начала? – просит он.

– Нет никакой истории. Она пошла за мной в туалет и поблагодарила за свой перевод.

– Она не уточнила, какого хрена здесь делает, раз ее выселили? – интересуется Чернышов.

– Нет. Так это ты сделал?

Он молча гоняет по скулам желваки. Через секунду снова расслабляется и говорит.

– Я.

Смотрю на него пытливо.

– Это разве не слишком? – спрашиваю тихо.

– Я предпочитаю решать проблемы на стадии их формирования, – разъясняет он, вдумчиво подбирая слова. – Ты обозначила проблему, когда мы с ней столкнулись, и я ее решил.

– Я просто не знала, как масштабно ты теперь решаешь проблемы…

– Теперь знаешь.

– То есть, мне нужно подумать раз пятьсот, а потом уже ставить перед тобой проблему?

– Тебе вообще не нужно думать.

Мне больше не больно от воспоминаний. Но они все равно зудят, как шрам на коже, а его слова как соль. Жечь не перестанет, пока этот чертов шрам не затянется.

– Ладно… – смотрю на него. – Вот тебе проблема… Когда у Миши резались зубы, я два дня не спала и не ела. Он все время плакал, я думала, сойду с ума. Просто упаду. Я ревела… позвонила маме, у нее был аврал. Тогда я позвонила тебе.

– Продолжай…

– Ты не взял трубку.

Я не делаю это обвинением. Просто фактом. Я и тогда не винила его. Я знала, что у него аврал.

– Я был уверен, что она помогала тебе.

Его голос звучит низко. Как шелест по комнате.

Глядя на него, я вижу, как каждое сказанное мной слово проходит через его голову. Именно сейчас, а не тогда, когда я вываливала на него претензии вперемежку с обидами.

Крича и… теряя его…

– Я перестала ее просить…

– И меня.

– Ты был все время занят.