Школа пластунов

Решим, что с хозяевами обиженными делать.

– А с чего это вдруг они обиженными стали? – удивился Елисей. – Их самих никто и пальцем не тронул. А что спят, словно сурки в норе, так то их беда. Я вон коменданту обещал, что как мальчишки в силу войдут, станут часовых с постов красть. Так и то он только удивился, а запрещать не стал. Понял, что это не только ребятам ученье, а и солдатам наука, на посту не спать.

– От оно, значит, как, – удивленно протянул Святослав.

– А и верно, дядька Святослав, – оживился Радмир. – Привыкли, что за стенами тихо, вот и голосят теперь.

– Не шебурши, – отмахнулся от него старик. – Сказал же, подумаю. Ты вот еще что скажи, – повернулся он к парню, – почто никого больше в ученье не берешь?

– Так не просятся, – развел Елисей руками.

– Ишь, не просятся. А ты знаешь, что среди казаков про тебя слух идет, что ты ежели тебе что не по нраву, можешь и шею голыми руками свернуть?

– С чего бы это? – растерялся Елисей, не ожидавший такого.

– Знаю, что глупость, да только рты бабам не заткнешь. Сам знаешь, – скривился Святослав.

– А ведь не просто так кто-то слухи такие распускает, – подумав, протянул парень. – Нужно кому-то, чтобы люди от меня отвернулись.

– А и верно, – вскинулся Радмир.

– Угу, и я даже знаю, кто до такого додуматься мог, – зло выдохнул старик. – Добре. Услышал я тебя, Елисей. Скажи, из каких семей мальчишек брать станешь?

– А мне все одно.

– А дорого на круг выходит? – спросил молчавший до этого момента командир полуэскадрона.

– Сами считайте, – пожал Елисей плечами. – Револьвер, патроны к нему, амуниция кожаная, ножи, кинжал, накидка лохматая, обувка крепкая.

"– Это что же, ты своих пацанов сам на такие деньги собираешь? – растерянно уточнил Радмир.

– Сам, – коротко кивнул парень. – Одних патронов мы на пять рублей в месяц сжигаем на одного. Благо, сами же их потом и перекручиваем.

– Дорого выходит, – задумался старик.

– Зато и толк какой, – усмехнулся Елисей. – Вон, давеча они втроем дюжину голыми руками разогнали.