Наощупь

— Никогда бы не подумал. Твое тело находится в прекрасной форме.

— Спасибо, — голос Тани становится низким и тягучим, будто липовый мед, — мне просто повезло с генетикой. Так, что… Может, мне не стоит тратить время на это все? — спрашивает с надеждой.

— Ну уж нет, моя бесценная. Даже не проси, — смеюсь, а у самого сердце колотится, — я буду любить тебя любой, но… Это твое здоровье, Таня. Тебе нужно укрепить мышцы. И… — замираю в нерешительности.

— И-и-и? — она подстегивает меня, и мне почему-то кажется, что прямо сейчас ее сердце стучит с моим в унисон.

— Наша любовь тоже потребует от тебя определенной выносливости.

Слышу ее шумный вдох, чувствую, как замирает кислород в ее бронхах. Дыши, моя хорошая, ты только дыши…

— Хорошо, — шепчет она, — я… я буду стараться.

— Тогда беги, я буду ждать тебя.

Сбрасываю вызов. Подношу к губам чашку с уже успевшим остыть отваром. Я не шутил, когда сказал, что решил вплотную заняться тренировками с Таней. Ей на самом деле положены физические нагрузки.

Да, я пещерный человек.

Собираюсь быстро и сижу у двери, как дурак, в ожидании, когда Таня подъедет.

Чувствую Танино приближение, как верный пёс ощущает скорое возвращение любящего хозяина. Мне кажется, встань я с банкетки, я бы и вел себя соответствующе — метался бы по квартире и нетерпеливо скулил. Мое нетерпение пахнет Таней. Мое ожидание — Таня на вкус.

Она приезжает часа через два после нашего разговора. Открываю дверь, утыкаюсь носом в пахнущие выпечкой волосы:

— Ты вкусно пахнешь, — комментирую очевидное.

— Пекла Дёме блинчики… — шепчет в ответ, целуя меня в ямку под горлом. Бедная — для этого ей пришлось встать на самые пальчики. Я склоняюсь, чтобы Тане было удобнее. — Не успела помыть голову, — продолжает она. — Эти волосы… сохнут целую вечность, а я хотела быстрее к тебе.