Наощупь

Над раковиной нет зеркала — вот и все отличие от любой другой такой комнаты. В стаканчике — одна зубная щетка. Рядом — тюбик с зубной пастой и лосьон после бритья. Мыло в дозаторе. Я моюсь и с сомнением поглядываю на единственное висящее полотенце. Нет, я абсолютно не брезгую. Как можно, после всего, что было? Просто… просто как-то странно вытираться им.

— Тань, я принес тебе чистое полотенце.

Смело открываю дверь — он все равно ничего не увидит, благодарю и, наконец, завершаю свой туалет.

В кухню иду по запаху.

— Очень надеюсь, что ты всеядна… Как-то я не додумался спросить о том, что ты любишь.

— Чтобы это ни было — аромат у него просто изумительный.

Я нисколько не вру. Пахнет действительно вкусно, но из рук Степана я бы ела все, что угодно. Залипаю взглядом на его мощной спине. Он надел борцовку и свободные треники. Любой другой мужчина в подобном виде выглядел бы как бомж, но не Степан, у которого такая фигура, что, реши он заняться стриптизом, дамочки бы передрались в очереди за право первой сунуть купюры ему в трусы. У него отличная задница.

Отворачиваюсь неловко, растираю руки.

— Тебе помочь? — обнимаю его за пояс, шепчу куда-то в спину, чуть ниже лопаток. Без каблуков я настоящий карлик по сравнению с ним. Я чувствую свою женственность и ранимость. Так хорошо, что мне не нужно казаться сильной…

Степан замирает под моими губами, откладывает лопаточку и накрывает мои руки своими — огромными.

— Хочешь, завари нам чай… Я расскажу, как.

— Хорошо…

— Слева на полке чаша. Чуть выше — травяной сбор.

— Вижу.

— Всыпь две столовых ложки и залей горячей водой. Кипятком нельзя, дай воде немного остыть.

В молчании мы накрываем на стол. Еду по тарелкам раскладываю я. Степан говорит, что так выйдет аккуратнее, и я не спорю. Садимся за небольшой прямоугольный стол у окна и принимаемся за свой поздний ужин.