Одиночка. Трилогия (ЛП)

Колумбийский универ — дорогая штука. Теперь работаю в Мидтауне, продаю книги дядечкам в костюмах и тетечкам на шпильках. Зато не завишу от родителей, тусуюсь с друзьями и все такое.

— Хорошо устроился.

— Ага, — хохотнул Калеб. — Я доволен. Ничего сложного, между прочим. Правда, мама слегка в шоке, а папа — в бешенстве. Еще бы, он же крутится в издательском бизнесе.

— Издает книги?

— Раньше издавал. Теперь продает."

"— Тоже продает книги?

— В общем–то, да, — снова рассмеялся Калеб. — Только он директор концерна, которому принадлежит издательский дом и еще куча всяких других компаний: оборонные и космические предприятия, заводы по производству красок и ковров — обычный дьявольский конгломерат.

— Что–то твои взгляды не тянут на истинно американские.

— Знаю. Просто обидно, до чего мы докатились.

Я не понял, имел он в виду жизнь до атаки или после.

— Почему отцу не нравится твоя работа?

— Отцу? Он считает, что его сын достоин лучшего, и боится, что я увязну в этом магазине, вместо того, чтобы грызть гранит науки в университете.

— Ну да, — ответил я.

Он покачал головой.

— Я учился в частной закрытой школе. Как мой отец, как его отец, как отец его отца.

— Понятно.

Вблизи, при неярком свете, были заметны большие черные круги у Калеба под глазами, будто он всю жизнь не высыпался. Наверное, раньше, до атаки, он был довольно замкнутым, тихим парнем. По крайней мере, именно так он выглядел.

Хотя откуда мне знать. Вдруг все совсем не так.

Он мог быть душой компании, завсегдатаем вечеринок, отличным сыном — да кем угодно, только не одиночкой. А случившееся все перевернуло с ног на голову.

— И как, австралиец Джесс, нравится тебе в Нью–Йорке?

— Ага. Вернее, до атаки мне здесь нравилось гораздо больше.

Калеб рассмеялся.