Наследие

Я делаю на два удара больше, чем положено по регламенту, и большую часть дня провожу по колено в грязи. Логану жилось не на много лучше, он обосновался в многочисленных песчаных ловушках, тогда как зрители хорошо посмеялись. Это облом для наших товарищей по команде, которые заплатили, чтобы играть с нами, но играли намного лучше нас. Спасало только то, что мы угостили их напитками и классическим стейком из говядины, которые мы заказали в соседнем, отмеченном наградами ресторане после окончания турнира.

"К тому времени, как после обеда мы возвращаемся в отель, уже четверть десятого, и я хочу скинуть всю эту потную одежду и залезть в душ. Я не беспокоюсь о том, чтобы включать свет, когда вхожу в комнату, стягивая футболку через голову еще до того, как за мной закрывается дверь.

Инстинктивно я хватаю со стола бутылку с водой и разворачиваюсь, готовый швырнуть ее в то, что находится позади меня.

– Не кидай, – протяжный женский голос.

Я опускаю руку. Быстро протягиваю руку, чтобы щелкнуть выключателем на стене, наполнив комнату светом. Мое сердце бешено колотится, а адреналин все еще бурлит в венах, поэтому мне требуется секунда, чтобы осознать, что в моей постели лежит обнаженная женщина, лишь частично скрытая одеялом.

С невозмутимой ухмылкой она поднимает руки, сдаваясь.

– Я безоружна.

Я делаю успокаивающий вдох.

– Кто ты, черт возьми, такая?

– Твой подарок, – дразнит она, прежде чем стянуть с себя оставшуюся часть одеяла и показать два красных бантика на сосках. – Всегда пожалуйста.

Затем она переворачивается и показывает мне свою голую задницу, на которой черным маркером написано мое имя.

Гаррет на одной половине.

Не могу.

Я просто, мать его, не могу.

Не говоря ни слова, я разворачиваюсь на каблуках и выхожу из комнаты. Натягивая футболку, я вхожу в лифт, все еще держа бутылку воды. Богом клянусь, следующий, кто со мной свяжется, получит по морде.

Внизу я становлюсь все более мрачным и беспокойным, когда вступаю в разговор с менеджером на стойке регистрации, который, похоже, считает, что у меня безграничный запас терпения.