Наше вам с кисточкой, босс (СИ)

Приватная зона в чистом виде. Жаль, что открытая со всех сторон.

— А почему нет? — томно спросила Зарецкая, обжигая его шею дыханием. — В конце-концов природа ещё не придумала лучшего способа расслабиться.

Сергей обернулся, чтобы обнять её. Пышная грудь легко угадывалась под обтягивающим платьем-футляром. Бёдра сами просились в ладони. Крепкие, упругие и на ощупь просто обалдеть.

— Не хочешь сбежать на райский остров прямо сейчас? — выдохнула она и коснулась его губ поцелуем.

Рассудок на мгновение помутился.

“Сердце твоё двулико. Сверху оно набито мягкой травой, а снизу каменное-каменное дно”.

Поцелуй стал грубым. Давыдов бесцеремонно толкая язык Марине в рот, а потом прикусил её за губу.

— Ай, — дёрнулась она, но из хватки Сергея не вырвалась. — Осторожнее!

— Это тебе следовало быть осторожнее, когда ты воровала деньги “Арт-Строя”. Знаешь в чём беда любого преступника? Он считает себя умнее других. “Попадаются только дураки, но я же не такой. Я сделаю всё чисто, комар носа не подточит”.

— Ты бредишь, — Марина снова попыталась сбежать. — Шампанское в голову ударило? Я ни рубля не украла со счетов фирмы!

— А документы говорят обратное. У меня есть исчерпывающие доказательства твоего воровства.

— Не дождёшься, — зашипела она. — Меня подставили! Сучка Василевская давно под меня копает. Подделала фотографии и угрожала выставить их в сеть. Теперь придумала ложь про воровство!

— Бездарная провокация, — усмехнулся Давыдов. — Ты ждала, что я брошусь защищать племянницу Меркулова и выдам того, кто на самом деле обнаружил компромат? Нет, дорогая, не дождёшься. А теперь пошла вон. Чтобы завтра духу твоего на рабочем месте не было.

— Ничего у тебя нет, — с вызовом ответила она. — И быть не может. Отпусти меня!

Сергей разжал руки и наблюдал со странным ощущением в груди, как Зарецкая уходит.

Разочаровываться в людях всегда неприятно. Хороший был специалист. Жаль, что расстаться пришлось вот так.

Глава 22. План “Избегай своего босса”"

"Я долго думала, какую отговорку назвать Елена Станиславовне, чтобы не ехать на Рублевку дописывать её портрет.