Нарисуй меня

— Максим сейчас несется на всей скорости прямо к своему логическому концу, кстати, думает, что тебя спасает. Знаешь, что это?

— Телефон? Что значит спасает? Он сюда едет?"

"— Все-таки Ксюша намного тебя умнее, быстро сообразила. Это не просто телефон. — Денис подбросил в руке черный прямоугольник. — Это точная копия твоей трубки, даже ПИН тот же. Здорово, да? Так вот, Генварский уверен, что тебя Ксюха похитила, мести жаждет. Как думаешь, почему ты до него дозвониться не можешь?

— Что? Куда он едет? Что ты с ним сделаешь?

— Я? Да я вообще ни при чем.

— Она не сумасшедшая!

— Психиатрический диагноз у нас — это клеймо, Марин. Никто не будет разбираться. — Он равнодушно кивнул. — Ты же сама поверила, что это Навроцкая наняла сестричку.

Предательство сестры отдается глухой болью. Острую я уже не могу чувствовать.

— Она сама верит в то, что выполняла распоряжения Навроцкой. С твоей сестрой было легко договориться. А с тобой, а, Марин? Будем договариваться?

— Где Максим? — Голос дрожит, вот-вот зареву.

— Максим — самая слабая фигура в этой партии, Маришка, — ласково говорит Денис. — Максиму надо было оставаться в своем Берлине три года назад и не забирать то, что мое. Ты влюбилась в ходячий труп. Но это пройдет.

Псих! Больной псих!

Он сидит расслабленный такой, но я знаю, стоит мне шевельнуться, как он отшвырнет меня, словно котенка, да еще и накачает какой-то дрянью, как Ксению.

— Полина должна была влюбить Макса в себя, верно? Чтобы он плясал под ее дудку?

— Знаешь, я, когда увидел тебя на этой презентации, чуть дуба не дал.

— Подонок!

— Да, извини. — Он шутовски мне поклонился. — Ты справилась лучше, Макс ведь уже написал завещание. На тебя, кстати, жаль, не успели пожениться.

— Откуда… Львов?

— Очень любит деньги, — подхватил Дугин, явно обрадовавшись, что я догадалась. — Таким, как он, не надо отказывать, Марин. Твоя ошибка.

— Куда едет Максим? — снова повторяю как заведенная. — Что ты ему наплел?

— Неправильный вопрос, — он явно издевался. — Задай другой.

— Ты болен, Денис, это по тебе психушка плачет, а не по ней.