Найди меня. Сейчас

 – Ты не рассказываешь, что случилось, просто отталкиваешь меня. Не даешь мне ни малейшего шанса понять, что происходит. Это отвратительно и эгоистично. Лишь извиниться недостаточно.

– Извини, – опять шепчет он, и я, не в силах ничего с собой поделать, толкаю его в спину. Не сильно, в надежде, что, может, хоть это заставит его очнуться. Но единственное, что он говорит: – Что мне сделать, чтобы ты ушла?

– Ничего, – выдавливаю я со злостью. – Я поняла.

Встаю с кровати и оставляю Риса одного. В той же позе, в которой увидела его, когда пришла.

38

Рис

Она закрывает дверь, а я мечтаю исчезнуть. Перестать существовать. Не знаю, что тяжелее вынести: боль, которую я ей причиняю, или бездны страданий, которые разверзлись в душе после встречи с Ганнибалом и грозят меня поглотить. От этого мне и нужно защитить Тамсин. Я почти рад, что поиски Джинни не увенчались успехом. Ей лучше будет в собственном аду, чем в моем.

Нельзя было позволять себе краткий миг блаженства в объятиях Тамсин. Ее прикосновения успокаивали, но даже она не способна меня исцелить.

Нашарив возле кровати банку пива, которую вчера не допил, делаю большой глоток. Пиво теплое, выдохшееся и мерзкое на вкус, но это лучше, чем ничего.

Дни пролетают в тумане алкоголя и кошмарных снов.

Сегодня утром – хотя не уверен, что сейчас утро, – голова раскалывается особенно сильно. Я беру таблетку от головной боли и запиваю ее оставшимся глотком водки из бутылки.

Когда звонят в дверь, я вздрагиваю. И прикидываюсь мертвым, на случай, если это Тамсин. Я не вынесу снова прогнать ее, снова разбить ей сердце. Рано или поздно оно заживет, я знаю. Она сильная.

Внезапно моя дверь распахивается с оглушительным «Ба-бааах».

– Что тут творится? – грохочет Эми. Было ясно, что рано или поздно Малик ее приведет. Вот предатель.

Я натягиваю на голову одеяло. Этот голос невыносим. Эми никогда не слышала о личном пространстве?

– Ты осознаешь, как здесь воняет? – спрашивает она.

– Никто не просил тебя сюда приходить, – бурчу из-под одеяла, которое в тот же момент с меня сдирают.

– Под душ. Немедленно! Я не допущу, чтобы это повторилось.