Наблюдатель

Но в его ситуации мир снаружи представлялся океаном, кишащим акулами. Нечего было и думать высунуться туда.

Бартек выглядел ужасно. Самсон заметил это, лишь только друг ввалился в комнату. Бурые круги под глазами, бескровные, серые губы… Веселился, похоже, до самого утра и заявился с похмелья. Если б не Самсон, лежал бы в постели до вечера. А вместо этого пришлось заботиться о друге, попавшем в хорошую переделку.

Самсон чувствовал себя виноватым.

– Спасибо, что пришел, Бартек, – смущенно пробормотал он.

Приятель оглядел тесную комнатку.

Отель располагался неподалеку от железнодорожного вокзала – ветхое строение с низкими потолками и скрипучими полами. Маленькие окошки, ужасные обои. Кровать в номере Самсона была до того продавлена, что если лечь, спина почти касалась пола. Кроме кровати, из мебели имелись кресло и узкий платяной шкаф из дешевого дерева. Раковина для умывания на стене. Туалет в коридоре.

– О боже… – вырвалось у Бартека, после чего он поежился. – Здесь холодно.

– Отопление неисправно, – пояснил Самсон.

– Эх, парень, – завздыхал Бартек, опускаясь в кресло. – Дело дерьмо, так я тебе скажу. Ко мне уже приходили насчет тебя.

– Что?

– И не какой-нибудь там полицейский из Саутенда. Скотланд-Ярд, понимаешь?

– Ради бога, Бартек!..

– Женщина. Детектив-констебль Линвилл. До того побывала у твоей распрекрасной невестки, и та дала наводку. Сказала, что мы с тобой не разлей вода, встречаемся в пабе раз в неделю и что-то там еще… Она примчалась, когда мы с Элен еще нежились в постели.

– Элен сказала, что я к тебе заходил?

Бартек покачал головой.

– Нет, слава богу. Хотя мы и не успели ни о чем договориться. Она была в шоке, когда к нам завалились копы и спросили тебя. Но промолчала, она же умная.

– Что ты сказал этой Линвилл?

– Что в последний раз видел тебя до Рождества и понятия не имею, где ты.

У Самсона отлегло от сердца.

– Спасибо, Бартек. Понимаю, каково для тебя…

– Для меня все это очень опасно, – сердито перебил его Бартек. – У меня нет английского гражданства, понимаешь? Я здесь зарабатываю на жизнь… Тяжело зарабатываю.

– Но это не я, Бартек! Я не трогал его, клянусь.