Наблюдатель

Поначалу мы думали, что преступник одержим по отношению к женщинам вообще, а Карла Робертс и Энн Уэстли были выбраны как наиболее легкая добыча, поскольку обе жили в одиночестве и почти ни с кем не общались. И ту, и другую обнаружили далеко не сразу, да и то случайно. Но вы не вписываетесь в этот шаблон. Значит, должно быть что-то еще, что связывает вас с этими женщинами.

– Но я их совсем не знаю…

– Тем не менее вы могли где-то с ними пересекаться.

– Боже мой! – пробормотала Джиллиан. – Какой ужас…

– Что вы знаете о Самсоне Сигале? – спросил Филдер и тут же получил ответ, который ожидал услышать, исходя из того, что прочитал в дневнике Самсона.

– Сигал? – переспросила Джиллиан. – Тот парень, который вечно околачивается возле нашего дома?

«Может, Кристи все-таки права», – подумал Филдер. Но развернуть эту мысль не успел, потому что в этот момент позвонили в дверь. Джиллиан встала, бормоча извинения, а когда вернулась, была не одна. Следом за ней в комнату вошел Джон Бёртон.

3

Самсон Сигал перепугался до смерти, когда в дверь его комнаты постучали.

– Это я, Бартек. Будь добр, открой.

Вздохнув с облегчением, Самсон направился к двери. Он звонил Бартеку утром, но безрезультатно. Отправил голосовое сообщение, в котором раскрыл свое местонахождение и настоятельно просил помочь деньгами. Потом долго ждал на просиженной кровати, глядя в обрамленный оконной рамой прямоугольник неба, и надеялся, что сообщение дойдет до адресата.

На жалкой сотне фунтов далеко не уедешь. Когда вчера Самсон попросил номер в этой ночлежке, которую едва ли можно было назвать отелем, с него тут же взяли тридцать фунтов, а потом портье, пропахшая сигаретами и спиртным, потребовала еще тридцать вперед за следующую ночь. И это означало, что третья ночь будет последней."

"– Тридцать фунтов? – ужаснулся Самсон.

Портье вспыхнула:

– В каком мире вы живете, молодой человек? В том, где все дается даром? В таком случае проснитесь! Помимо прочего, в эту сумму включен завтрак, так что не жалуйтесь.

«Завтрак» ему, впрочем, так и не предложили. Самсон чувствовал себя связанным по рукам и ногам. Он ни на минуту не мог покинуть эту затхлую, холодную каморку с безобразной мебелью и понимал, что чувство безопасности, которое внушали эти четыре бледно-зеленые стены, было обманчивым.