Жена неверного адмирала, или Шаурма от попаданки

Но я просто не мог оставить маму в беде.

Я обязан был за нее вступиться.

Ведь, кроме меня, у нее больше нет защитника.

Однако, когда я выскользнул в темный и страшный коридор, то не увидел там ни матери, ни отца.

Голоса раздались снизу лестницы.

Я не мог разобрать, что кричит старый адмирал, но понял, что он в бешенстве.

В такие моменты его лучше было не трогать.

Как, должно быть, страшно сейчас моей бедной матушке находиться с этим монстром!

Я стал быстро спускаться по ступенькам огромной пятимаршевой лестницы и с каждым поворотом сердце словно пропускало удар.

А голоса все отдалялись. Похоже, он волок ее во фригидарий — помещение с колоннами и высокими сводами, в центре которого действительно находился бассейн. Зеленоватая, словно леденцовая, гладь воды не позволяла увидеть его дно.

Мне туда спускаться было запрещено, но один раз я нарушил запрет и увидел мозаики, изображающие голых людей в странных, как мне тогда показалось, позах.

Сейчас я понимаю, что этот старый похотливый козел специально велел оформить так место, где проводились его пьянки.

"Сюда он и приволок мою матушку, которая при виде всего этого залилась краской.

Теперь я мог разобрать, ЧТО кричал старый адмирал.

— Ах ты, мразь, вздумала бежать от меня за океан? Да еще и наследника моего единственного собралась похитить? Змея! Я пригрел на шее скользкую, лживую, мерзкую гадину! И это после всего, что я для вас сделал? После того, какое состояние я тебе дал? Ты вздумала меня предать?

Внутри меня все похолодело.

Он знал.

Откуда он узнал про задуманный мамой побег?!

ГЛАВА 55

— Жовеналь, что ты такое говоришь? — лепетала моя мать, растрепанная, в одной рубашке — он явно вытащил ее из постели. — Я бы никогда не решилась на такое. Я бы не смогла предать тебя! Я очень сильно тебя люблю и Грэм тоже любит и уваж…

Она замолкла, потому что отец наотмашь ударил ее по лицу и она отлетела к бортику бассейна.

Глаза старого адмирала выкатились из орбит — страшные, красные, воспаленные и совершенно безумные.

— Не смей отпираться, дрянь! Я все знаю! Щенок проболтался дочке капитана Шатопера, Виоле. А она рассказала нам. Девчонка втюрилась в Грэма и попросила, чтобы я запретил ему уезжать из Эльмарино. Так все и вскрылось! Слышишь, продажная ты мразь?!

Я не мог поверить своим ушам — та девочка с веснушками в голубом платье так легко выдала мой секрет.