Мы над океаном. Книга 1

 — Там пустое место!

Не вижу. Пока еще нет. Словам друга поверить сложно, когда перед тобой твоя сводная сестра идет в обнимку с твоим парнем так уверенно, словно это не они растоптали мое сердце.

Поправочка. С твоим бывшим парнем, за одно лето превратившимся из близкого человека в незнакомца."

"Кейт недаром прошлые выходные провела в дорогом спа-салоне, посетив парикмахера и косметолога. Ее волосы отливают свежим оттенком блонда, макияж излишне ярок для школьного дня, а короткая юбка смело открывает длинные загорелые ноги капитана команды чирлидерш.

Так стоит ли удивляться тем слухам, которые эта парочка обо мне распустила?

Не вижу. Я их не вижу!

Я бы очень хотела никогда не видеть и не чувствовать ту слабость, что сейчас пробила мою броню. Но у слов есть сила, а у лживых слов — способность глубоко ранить душу, и на секунду я едва не теряю над собой контроль.

Кейт с Шоном проходят по дворику в окружении своей свиты друзей, и шумно рассаживаются за центральным столиком, за которым принято сидеть исключительно популярным личностям школы, а я опускаю взгляд.

Пустое место, Заккари прав. Они ничего для меня не значат. Жизнь продолжается. Солнце все так же всходит на востоке, день сменяет ночь, а люди…

Иногда некоторые из них теряют оболочку и собственную значимость для других, растворяются в трехмерном пространстве до ничего не значащих физических частиц.

Никто и никогда не узнает, что Шон мне говорил. А я забуду. Оказывается, у чувств, если они ненастоящие, как и у продуктов, есть свой срок годности. Пора все окончательно выбросить на свалку!

Тяжелый вздох не удается скрыть, и Зак негромко говорит:

— Не стоит, Эшли. Он просто не оправдал твоего доверия.

— Правда?

Мы вместе смотрим на парочку, и он подтверждает:

— Правда. Если трава вянет, на ее месте всегда вырастает новая. Нужно просто вырвать с корнем все сорняки и посеять новые семена.

Глава 4

У Заккари мама кореянка, а отец — американец. У парня интересная внешность и совершенно точно оригинальный ум. Я не раз удивлялась его способности смотреть на очевидные вещи особенным взглядом.