Мы над океаном. Книга 1

Ее ткань мягкая и податливая, и она легко сминается в осторожных и одновременно жадных пальцах Мэтью, когда он после секундной паузы неожиданно начинает ее поднимать в месте разреза. Возвращает ладони на бедра, все выше открывая мою ногу в чулке своим глазам.

Чулки новые и тонкие. К вечеринке я постаралась пустить на них стрелки, но резинка, обхватившая бедро, осталась нетронутой, и на фоне угольно-черного кружева полоска моей светлой кожи кажется особенно бледной, словно фарфоровой.

Наклонившись к ноге, Мэтью находит край кружева зубами и стягивает его вниз.

Сумасшедший! Я едва могу дышать от его мужской смелости, а он встает с колен и убирает длинные пряди волос с моего лица.

Вокруг доносятся удивленные, одобрительные крики: «Мэтью и Эшли самая горячая парочка вечера! Вскиньте руки, кто так считает! Лучший атакующий «Беркутов» и лучший школьный фотограф Сэндфилд-Рока! Да, никто не ожидал, но в вечер Хэллоуина возможны любые чудеса!», — но разве они важны для нас? Для меня и для него, ведь он не должен был на это решиться.

Хотя, наверное, все еще можно объяснить хмельной атмосферой праздника и куражом. Необдуманным поступком, спонтанной шуткой, которую уже завтра никто не примет всерьез…

Да, Мэтью Палмер поцеловал мое бедро, и это… Это просто с ума сойти, подтвердит любая девчонка! Но не в губы же на глазах у всех.

Ведь пройдет?

Он целует меня. Притянув от стены к себе, наклоняет голову и накрывает губы. Целует нежно и глубоко, согревая спину руками и приникая ко мне с желанием. Не отпускает ни через минуту, ни через две, лаская мои губы своими и позволяя ему отвечать. Позволяя ощущать все, что во время танца отражалось в его удивительных глазах.

Это могло бы продолжаться бесконечно, если бы мы оба не очнулись.

С моей красной помадой на губах в эту ночь Хэллоуина смуглый и красивый Мэтью выглядит кровожадно и восхитительно, а от его настоящей улыбки замирает сердце.

Конечно же, я улыбаюсь ему в ответ.

— Говори, мистер Гангстер, я готова это услышать.

— Ты уверена?

— Как никогда!

— Не хочу тебя огорчать, Эшли… Но, похоже, мы проиграли!

Конец первой книги"