Может быть, он?

Семья и есть твоя лучшая команда. Ну, надеюсь, ещё свидимся, — махнул он рукой.

Странное чувство, похожее на тот самый синдром крабовой палочки, толкнулось в грудь изнутри, когда отец подошёл к докторше и приобнял за талию.

И почему мне кажется, что меня дурят… — пропустил Мирослав волосы сквозь пальцы, сжал, потянул, глядя, как отец с докторшей обсуждают что-то забавное. Как она убирает с его рукава невидимые пылинки, совсем не как лечащий врач, а как любимая самочка мартышки ловит у самца блох. — … но у меня уже нет права сказать, что меня что-то не устраивает.

— У тебя такое лицо, — услышал он голос Крис. — Словно свет горит, а дома никого нет.

— Ты, кажется, хотела поговорить? — повернулся Мир и тряхнул головой, приходя в себя.

— Не сейчас. Вечер только начался. Твоя мама — чудесная женщина. Я хочу провести этот день с тобой, и потом всё испортить, а не наоборот.

— Спасибо за откровенность, — улыбнулся Мир. Подтянул её к себе. Скользнул рукой по талии, потом ниже. — Что? Серьёзно? На тебе нет… — приподнял он одну бровь.

— Не подобрала ничего подходящего по цвету, — невинно пожала она плечами.

— Видит бог, меня спровоцировали, — закинул он её на плечо.

— Что?! Нет! Куда? Дикарь! — возмущалась она, пока он нёс её к гостевому домику. — Варвар! Нахал! Неотёсанный слесарь!

— Механик, — поправил Мир.

— Грязный механик!

— Звучит как неплохое название для порнушки. Продолжай!

— Бесстыжие рашпили! Горячие шПихели! Фланцевые притирки! — выкрикивала она сквозь смех.

— ШТихели, — смеялся вместе с ней Мир, — не шПихели.

Поставил её на пол. Захлопнул за собой дверь.

— ШПихели звучит лучше, — улыбнулась она и обвила его шею руками.

— Определённо лучше, — сказал Мир в её губы, едва справляясь с дыханием, с дрожью, что она в нём вызывала, с горячим, невыносимым желанием, что был не в состоянии сдерживать. — М-м-м, — облизал он её нежные, сладкие, пахнущие ванилью губы.

— Да, мне тоже нравится эта помада, — засмеялась она.

А потом потянула его за волосы и стало совсем неважно какого вкуса её помада и есть ли на ней трусики — они всё равно продержались бы недолго.

Глава 18

— А чем занимается твоя мама? — лежала Крис на спине, закинув руки за голову.

На её матовой коже играли блики фонарей, что уже зажгли в саду. Слух ласкала музыка. В маленьком уютном гостевом домике в глубине сада, пахло сухими травами, свежим бельём и её духами. Эти духи, сложные дерзкие легендарные, чувственные, на её коже раскрывались совершенно особенно.

— Непростой вопрос.