Мосты не горят

Все равно ты нелюдь, тварь…выдала себя. А знаешь, как я тебя выследил? Никогда не догадаешься. Таких книг осталось шесть, все в руках коллекционеров. Я их все шесть отследил. И вдруг, мать моя женщина, заказ, по ай-пи прям рядом. Вот повезло, так повезло, думаю. Успел Фергюсона купить. Думал: и что в нем такого достоверного? Прочитал – все понял. Раньше я вас боялся. Странник меня шибко испугал. А теперь я все про вас знаю. Вы только рожи корчить и горазды… Потом я за тобой следил. Потом рассмотрел, думаю, не-е-е, что за коза драная.

Ни рогов, ни крыльев. А ты себя выдала… А ведь до этой секунды сомневался, а ты выдала… — голос Киприянова ослаб, он сглотнул слюну и заговорил вновь. — А знаешь, что я сделаю, когда выздоровею… Знаешь?… Не знаешь. Я сам тебя отымею. Потому что ты красивая молодая девка. И не надо было меня пугать – мне так еще интереснее…вот только скажи мне, как тебя, такую хорошую, ко мне под бок занесло? А? Только не бреши про стечение обстоятельств и перст судьбы. Не поверю.

— Я искала… своих… одну знакомую…

— Ах ты, везуха! Нашла? Подружка твоя, что ли? Валерия Петровна?

— Нет! Нет! Лера не причем, совершенно, она не знает.

Та девушка умерла. Ее убили.

— Да ты чё! Что ж вы так легко дохнете, а?! Вот так прям и убили? Кто же ее, а?

— Кто-то с… необычной кровью. Иной не смог бы.

— Ну дела! Столько вот бродит вас по земле, а никто даже не подозревает. Ладно, сделаю вид, что верю. Что тебе нужно, чтобы провести меня по мосту?

— Мост.

— Будет тебе мост. Еще что? Что там может понадобиться?

— Ничего.

— Врешь. Я ведь должен взять с собой еду и воду. Не пытайся. Меня. Обмануть. Что я должен взять?

— Еду и воду, — послушно отозвалась я. — Там нельзя ничего есть людям не с нашей кровью. Иначе забвение.

— Я смогу пройти?

— Сам – нет. Я проведу.

— Ладно, — Киприянов забормотал под нос. — Ты, конечно же, попытаешься ТАМ сбежать. Нужно все предусмотреть… Завтра. Мы пойдем завтра. Погуляем денек-другой в райских кущах.

— Только нельзя сразу надолго, — быстро заговорила я.

— Сразу нельзя. Фергюсон был человеком с нашей кровью, но и ему стало плохо. Надо привыкнуть.

Крысак пронзил меня подозрительным взглядом, пожевал губами.

— А откуда такая забота? Понятно. Боишься, что если я там скопытюсь, мои ребятки тебя прибьют?

Я кивнула.

— Сколько?

— Минут десять сначала. Там другой воздух… другой мир… шок…

— Хватит, чтобы я выздоровел?

— Да… на какое-то время… пока тело не переработает… кровь… она поменяется.