Монастырь (СИ)

Хотя тебе и бадьи с водой хватит, чтобы вразумиться навсегда. – воздух с шумом выходил из легких. – Спасать его? – и кивок на Фернандо. – Птенцов своих бы спас. Каждого... За разум, за науку... Не тебя, Легрэ! А уж этого садиста – и подавно не стал бы!

– Ты – ангел, – улыбнулся Кристиан, прищурившись с долей истинного презрения.

– Великолепно, вот мы и определили, что ты из себя представляешь, брат Кристиан. – взгляд на Фернандо. – Скоро, ваше величество, этотчеловек войдет в ваше доверие. Вы будете доверять ему свои дела.

– На твоем месте, – ровно заметил Легрэ, скрещивая руки на груди, – я бы не торопился с выводами, а то заработаешь глубокое разочарование.

Фернандо с интересом слушал перепалку, изучая аббата. Слова про свое убийство он запомнил.

– Легрэ, выйди.

Кристиан несколько непонимающе взглянул на короля, но в конце концов кивнул и, смерив Себастьяна раздраженным взглядом, вышел за дверь.

– У вас есть вопросы, – без лишнего начал Себастьян.

– Может быть, ты тогда сразу расскажешь все, что можешь рассказать? – тонко улыбнулся Фернандо. Ненависть тоже сладка на языке.

– Умейте задавать правильные вопросы, ваше величество. Вы молоды, но глупы... Ладно, – Себастьян перестал шутить. – Почему я пытался вас убить? Ну, не из-за земель, не по велению инквизиции и не из выгоды себе. Устраивает ответ?

– Да, – коротко обронил Фернандо.

– Герцог... – протянул мужчина. – Я не знаю, кто из них герцог. Земли принадлежат Сильвурсонни и бумаги не в лагере. Что еще? Вроде бы нечего больше сказать... – взгляд сполз на ищеек инквизиции, которых убили воины фернандо. – Это не мои люди. Хотя они так и думают. И конечно, следующий логичный вопрос от вашего величества – чьи тогда? – легкий хрип и почти полуобморок. – Того Ксанте, который бы не стал врать Луису, что мужеложество хорошо.

Король некоторое время молчал, а потом спросил:

– Когда тебя должны были убить?

– Все зависело от того, как умеет крыса бегать по лабиринту. – Себастьян не улыбался. – Но крыса способна и живот прогрызать, если ее горшком прикрыть. Убили бы – не ты, так инквизиция. Не инквизиция, так подельники. Жизнь – жестокая штука.

– Тот Ксанте – кто он и где сейчас?

– Вы меткий стрелок, ваше величество. Был в монастыре, когда я уезжал. Теперь, наверное, меняет планы под вас.