Монастырь (СИ)

Полог шатра буквально после последней фразы вновь распахнулся, и герцог прошел мимо слуг прямо к Фернандо, насильно усадил на тюк и молча достал из небольшого узелка флакончик, капнул на пальцы капельки масла и принялся растирать виски мужчины.

Глядя на Луиса, Кристиан чувствовал себя неловко. Похоже, что Фернандо прав, и он идиот, но невозможно все время переступать через себя. Если бы король не провоцировал Легрэ, ему было бы намного легче принять Фернандо и быть рядом, вместе с Луисом. Кристиан надавил ладонью на живот в месте удара, пытаясь унять боль, а потом взял таз с водой, чистых полотенец и, подойдя к Фернандо, поставил все у его ног.

Легрэ, извиняясь, погладил юношу по плечу, смочил полотенце в воде, а потом приложил к скуле короля.

– Тебе лучше лечь, Фернандо, – тихо сказал он.

Луис чуть обернулся. Хорош! Только заживший на щеке шрам потревожен и чуть разошелся, кровь уже запеклась. Герцог стянул с короля рубаху и начал смывать пот и усталость, протирать его тело, потом аккуратно уложил.

Махнул Легрэ и принялся за его раны. Прошло около получаса, когда двух драчунов удалось привести в порядок и теперь накормить. Луис подоткнул под королем подушки, кормил его горячей кашей из зерна и мяса, почти заставлял есть, словно маленького, поил из чашки и поглядывал на Кристиана, качая головой и вздыхая. Глупцы! Глупцы хуже упрямых ослов.

– Тебе лучше, Фернандо?

Король просто кивнул, не открывая глаз, и спросил:

– Ты тоже думаешь, что я не прав? Либо всем вместе, либо нет.

Внутри все замерло в ожидании ответа юноши. Последние слова Легрэ Фернандо слышал уже сквозь туман неласковой, вгрызающейся хуже лисицы боли, но запомнил. Ненависть? Нет, уже не ненависть, уже что-то другое. Была бы ненависть, сегодня Легрэ был бы убит по-тихому. Обставить исчезновение Кристиана так, чтобы Луис воспринял его как поспешный отъезд, было очень нетрудно. А он зачем-то стал придумывать, как выйти из сложившейся ситуации. Король про себя сардонически улыбнулся – дурак.

Нет бы все решить по-простому. Взять все, что нужно, не обращая внимания на других, как привык. Точно дурак. А теперь ждет ответ так, как будто от него зависит его будущее.

Фернандо изо всех сил сжал пальцами ткань покрывала.

– И все же тебе еще больно, – тихо заметил юноша, убирая волосы со лба. Он сидел на коленях перед мужчинами. Кристиан – с одной стороны. Фернандо полулежал с другой. – Я вижу, как вам сложно говорить, какую муку вы терпите.