Монастырь (СИ)

– рука Фернандо переместилась на горло, он склонил голову на бок, рассматривая бывшего стражника, как какую-то экзотическую зверушку. Слабая, чуть заметная, тень улыбки на лице. – Ты сумел меня заинтересовать. И этого ты тоже добивался.

Большой палец короля уперся в кадык Легрэ и нежно заскользил вокруг него.

– Зачем? Сумей меня удивить.

– Что ж, – взгляд Кристиана скользнул по лицу короля, остановился на губах, – я попробую быть искренним, – и Легрэ, приподнявшись, коснулся губами губ короля, словно в жаркий день прохладного источника, смешивая дыхания, пробуя на вкус – не так, как это было в шатре, по-другому – почти нежно.

Дьявол Фернандо взвыл, тело толкнулось вперед похотью. Он ответил, страстно, горячо. Рука постепенно перемещалась с горла на затылок, жесткой лаской зарываясь в волосы. Через несколько минут король намертво вцепился в волосы Легрэ и оторвался от него.

– Хорошая попытка, – Фернандо облизнул стремительно пересохшие губы, глядя в синие глаза. Его немного потряхивало от скручивающего тело желания.

– Я не могу. – Руки Кристиана израненные и сильные заскользили по обнаженной спине короля, по острым выступам лопаток, по горячей гладкой коже. Но Легрэ уже сдавал позицию за позицией. Он тяжело хватал губами воздух и рвано дышал. – Я... я хочу, чтобы ты делал это со мной, пока Луис.

Фернандо выгнулся под руками Легрэ, подставляясь под его ладони. Мозоли от оружия чуть царапали кожу, добавляя удовольствия. Король склонился к мужчине, всматриваясь своим безумием, своей жаждой. Он начал говорить и одновременно с этим дага стала чертить надрез на шее.

– А почему ты думаешь, что можешь меня заинтересовать больше, чем на одну ночь? У меня уже есть любовник.

Фернандо склонился над порезом, играя, раздражая, собирая кровавые капельки.

Кристиана затрясло, точно в лихорадке, пальцы судорожно впились в плечи короля, и Легрэ, стиснув зубы, застонал, попытался дернуться, но на счастье Фернандо держал его крепко. Проваливаясь в странную покачивающуюся темноту, Легрэ слышал голос короля словно издали, а свой собственный – слабый и осипший, будто чужой.

– Я не ду... не думаю, – три тяжелых сбивчивых выдоха вырвались из груди, – я просто... пытаюсь найти временный компромисс. – Кристиан задохнулся.