Монастырь (СИ)

Пальцы потянули ткань ниже, глаза смотрели вниз. Что он делает? Зачем он?..

Мужчина прикрыл глаза. Поза Луиса, склоненная голова, такие застенчивые движения. Движения рук юноши по его ногам. Дьявол всех побери...

Фернандо глянул вниз. Туман застил глаза. Было полное ощущение, что он ранним утром пробирается по гребню горы, рискуя на каждом шаге упасть. Король аккуратно переступил, освобождаясь окончательно от одежды. Луис не пошевелился. Тело, казавшееся молочно-белым в полутьме шатра, золотящиеся от всполохов пламени волосы, такая же коленопреклоненная поза.

– Луис, милый...

Взгляд герцога опять был пойман Фернандо, одновременно с ним вернулся и поцелуи, и объятия, и даже жар, больше похожий на лихорадку. Желание бежать отступало. А навстречу плыла нега от того, что губы мужчины могут выражать поцелуями все эмоции, даже волнение.

Они опять оказались сплетенными в одно целое, как будто что-то связывало и требовало стать единым.

Мужчина бережно уложил мальчика. Нежно провел рукой вдоль вытянувшего в струну тела, чувствуя, как оно трепещет желанием. Глубокий поцелуй, а рука Фернандо скользит вдоль тела мальчика и вдруг резко сжимается, до боли. И сразу же губы короля перемещаются туда, где только что было больно, как будто выцеловывают, вымаливают прощение.

– Боже! Нееет,- герцог вздрагивал от болезненных коротких нападений и новых сладких поцелуев, которые дразнили и изысканно вымаливали ответов на свою страсть. За ними следовали новые удары – в кожу вонзались ногти. На боках, на животе, оставляя едва заметные алые следы. А потом поцелуи... – Что вы делаете? – Луис рванулся бежать от изощренной пытки.

Фернандо обхватил мальчишку, прижал к себе и принялся опять целовать, шепча сквозь поцелуи:

– Тише.

Одновременно рукой скользил вдоль его спины, опять разжигая огонь желания, которой в этот раз будет уже чуть-чуть перемешан с нежной болью, оставшейся от его действий.

– Прошу, не надо... – бедный Луис откинул голову назад, продолжая вздрагивать от каждого острого нападения. Ногти искали все новые точки уже на спине, на боках. Дразня болью и сменяя ее поглаживаниям.

Юноша боялся власти боли.