Монастырь (СИ)

– Фернандо, зачем вы меня искушаете?

– Так нужно, – и король склонился над мальчиком, преодолевая его слабое сопротивление. Поцелуй в губы. Он чувствовал ответную реакцию, чувствовал, как Луис что-то простонал. Пока очень нежно подхватил под спину, не разрывая поцелуя, прижимая к себе. Горячие ладони продолжали упираться в грудь, но они были зажаты между двумя телами. Король забрался рукой под длинную рубашку юноши, провел по его бедру, слегка задел ягодицы и остановился на чувствительном месте чуть выше. Лаская, трепетно гладя, теряя разум от одной близости мальчика, прошептал:

– Сними рубашку.

Герцог вновь тонул в темных глазах, требовавших подчинения. Слабое трепыхание, настойчивость ласк, и вот он тянет рубашку прочь, чтобы быть обнаженным и беззащитным на шкурах под массивным крепким телом мужчины.

Король застыл, глядя, как его мальчик покорно выполняет приказ. Судорога желания свела тело. Выдохнув сквозь стиснутые зубы, он опять склонился к Луису. Его вкус, запах его тела сводил с ума, будил все желания.

Король терзал герцога искушением, вьюном обвивал его тело, сжимал его в тисках, поглощал извилистыми корнями желания. Пил от него, как от источника. Терся горячими песками, разжигал огнем. Мучил... Требовал... Каждым движением, каждой лаской, каждой жесткостью говорил “отдавай!”. Луису было жарко. Опять он ощущал, как твердеет естество короля, как тому мало уже просто ласки, как он звереет на глазах.

Фернандо чувствовал, как дрожит тело под ним, как мальчик отвечает, но нужно было проверить, правильно ли все происходит. Закрыть глаза, не смотреть. Не смотреть на такую красивую и зовущую реакцию Луиса, не смотреть на его лицо.

Он внезапно для герцога отстранился и встал. Видеть распростертое под ним тело оказалось еще невыносимее. Нужно притушить в себе дьявола.

– Раздень меня.

На мужчине оставались только штаны, так что выбора, с чего начинать, он не оставлял.

Святое небо, дарующее прощение. Это было слишком. Луис не был готов опять быть с мужчиной. Он закрыл глаза, прикусил нижнюю губу до крови. Вдохнул и выдохнул, поднялся и ... потянул штаны с Фернандо. Голова требовала бежать, а тело жаждало продолжения.