Моё чужое лицо

Догадывается ли он о том, что со мной случилось? Или всё ещё считает, что мы с Алексеем где-то прячемся? Ищет ли меня хоть кто-нибудь? Мной постепенно овладевала паника. Лёжа на кровати и уткнувшись лицом в подушку, я давилась слезами.

Несколько громких автомобильных гудков на улице заставили меня вздрогнуть. Я быстро поднялась и подошла к окну. Хотя знала, что оно выходит в лес, и дорога из него не видна. Стояла и настороженно прислушивалась к звукам, но вокруг было тихо.

Подождав пару минут, я снова вернулась к кровати, села и стала обдумывать, как повредить железную цепь.

Изобретала разные фантастические способы и вдруг услышала громкий топот нескольких ног. Сердце подскочило и замерло, я вся превратилась в слух.

Кто-то подёргал запертую дверь. А дальше она содрогнулась от сильного удара и, слетев с петель, распахнулась. В комнату вбежали Алексей и Кирилл. Последний удовлетворённо произнёс:

— Порядок. Жива!

Заметил цепь и присвистнул. Я встала рядом с кроватью.

Алексей стоял молча с застывшим, словно маска, лицом.

Потом шагнул ко мне. Его губы кривились от боли, а в глазах бушевала буря из раскаяния, ненависти и вины. Мне очень хотелось избавить его от мучений. Я покачала головой.

— Не надо. Только не вини себя…

А он вдруг опустился передо мной на колени и обнял меня за талию. Я обхватила его голову здоровой рукой. Кирилл вышел из комнаты, оставив нас одних. А Алексей поднялся, подхватил меня на руки и, опустившись на кровать, прижал к себе и убаюкивал, как ребёнка.

Через несколько минут вернулся его спутник со связкой ключей и отстегнул с моей ноги наручник. Алексей отнёс меня в скорую, которая стояла за воротами. Когда попытался уложить меня на каталку, я вцепилась в него и прошептала:

— Не хочу в больницу.

Он сел на сиденье, всё ещё держа меня на руках, и растерянно заглянул в глаза. Потом пообещал:

— Хорошо! Заедем туда ненадолго. Врач только осмотрит тебя и сделает перевязку, и я сразу заберу тебя домой. Не бойся.

49

У меня появилась цель.

Я буду искать убийцу родителей. А для этого вернусь в город и встречусь с Алексеем. Но не как Ксения, а как моя двоюродная сестра Полина. На эту идею меня натолкнуло имя в новом паспорте, отражение в зеркале и мой новый сорванный голос.

Я уже позвонила по заученному телефону и попросила документы с нужной фамилией. Мне как раз надо выехать за границу, чтобы выполнить то, что просил Андрей Петрович. Потом я заеду в Лондон и вернусь в город.