Моё пост-имаго

Единственной, кого осмотрел доктор Доу, была миссис Герри, поскольку ее случай выглядел весьма тревожным и запущенным…

С отвращением оценив липкую стойку и не очень-то чистые бутылки, в которых плескалось явно не то, что значилось на этикетках, доктор ответил на предложение выпить отказом, после чего завел тему на нужную ему колею:

– Так вы говорите, мистер Криспи, слепой Бэзил и его прихвостни видели сегодня какое-то странное существо поблизости?

Трактирщик кивнул, и тут дверь паба распахнулась.

В нее вошли два довольно непритязательных – как раз под стать этому месту – типа. Непритязательные типы самозабвенно, воодушевленно спорили, и один уверял другого:

– Говорю тебе, я его видел, вот прям, как тебя!

– Да ни в жизнь не поверю! – отвечал второй. – Гремлин? Говорящий?

– Он не только говорил, но и слушался того странного господина!

– Фу, врешь! Да и где же ты его видел?

– На Железном рынке, у Шестерёночной балки. С джентльменом в полосатом пальто!

– Чтобы гремлин да с джентльменом? Что за сказочки, Артур?!"

"Доктор Доу знал этих двоих.

Тот, который уверял, будто видел говорящего гремлина, держал подмышкой крошечный чемоданчик – Артур Клокворк из квартала Странные Окна продавал шестерёнки вразнос. Этот чем-то напоминающий сверчка худощавый мужчина в потертом коричневом сюртучке, клетчатых штанах и перекошенном цилиндре был одним из тех немногих, кто почти не раздражал доктора Доу – было в нем что-то слишком уж к себе располагающее. Спорил с ним его закадычный друг, воришка-неудачник Бикни, обладатель рыжих усов, такой же бороды и круглых очков для чтения, которые ему в общем-то были без надобности, так как читать он не умел. Угольный котелок на голове у воришки, его ношеное зеленое пальто и полосатый шарф были сплошь покрыты налипшими клочьями тумана.

– Док, – кивнул Бикни, подойдя к стойке.

– Господин доктор, – Артур Клокворк приподнял свой бедняцкий цилиндр.

– Добрый вечер, господа, – ответил доктор Доу.

– Как ваш бок, Бикни?

Пару недель назад Бикни залез в чей-то карман на улице Меммоуз, ну а незнакомец, оскорбленный его поступком до глубины души, вытащил револьвер и выстрелил в него. Воришка из Бикни был хуже не придумаешь, несмотря на то, что сам он искренне считал, будто шарить по чужим карманам – едва ли не его призвание.

– Иногда ноет, док, – ответил Бикни с широкой улыбкой. – Как голодная жена. Хотя о чем это я: я ведь никогда не был женат.