Моя драгоценность

– Сюрприз, – маркиз де Модано улыбнулся, подмигнул, и в глубине взгляда загорелся огонёк. – Выйдем на террасу после танца?"

"Раньше Эни совершенно спокойно гуляла с Уином в парке, когда он приезжал, или они сидели в кафе и ресторанчиках, тоже одни. Но тогда вокруг были люди… Совсем наедине с Уинхилдом Эона ни разу не оставалась. Вот с Экаром – да, было, в уединённых беседках парка. Вспомнив деликатные, нежные прикосновения губ жениха, Эона слегка покраснела, отвлёкшись от вопроса Уинхилда.

– Эни? – напомнил о себе маркиз.

Музыка закончилась. Леди де Гиларо покосилась на партнёра, поймала задумчивый взгляд рубиновых, с розовыми искорками, глаз. Отказаться не смогла, и слова куда-то подевались. Эни лишь молча кивнула, волнение пощекотало изнутри мягкими лапками, прошлось вдоль позвоночника невесомым лепестком, родив волну мурашек до самых кончиков пальцев на ногах. Маркиз предложил ей руку, девушка положила ладонь на сгиб локтя, невольно отметив крепкие мышцы, ощущавшиеся через камзол.

Уин подвёл Эону к широкой портьере, прикрывавшей стеклянную дверь на террасу, отвёл её, пропуская девушку. Она прошла, сжимая в руках веер, остановилась около перил, глядя на роскошный дворцовый парк, расцвеченный сотнями фонариков, и остро чувствуя присутствие Уинхилда за спиной.

– Ты улетаешь сразу после приёма? – спросил он, встав за спиной Эни, отчего её волнение усилилось.

– Д-да, завтра утром, – запнувшись, ответила она, теберя резные пластинки веера.

От близости маркиза хотелось ёжиться. Эона слышала его дыхание, слабый ветерок доносил запах туалетной воды, и хотелось прикрыть глаза и вдыхать, вдыхать… Леди Аметист испуганно шарахнулась от собственных странных желаний, отпустила веер и вцепилась в мраморные перила, глядя перед собой невидящим взглядом.

– Тогда мы увидимся нескоро, наш отряд собирают на рассвете, – Уинхилд вздохнул, и его ладони вдруг легли на её плечи, прикрытые тонким шёлком лилового цвета.

– Уин… – вырвалось у неё, и Эона дёрнулась, страстно желая сохранить между ними расстояние.

– Ш-ш-ш-ш, – перебил её лорд Рубин мягким, вибрирующим голосом, горячее дыхание обожгло ухо Эоны.