Мой властный доктор

Он тихо, чтобы не разбудить Дашу, подошел к окну — снег все так же падал, укрывая все вокруг белым покрывалом…

— Я и не слышала, что вы пришли. — услышал Казанцев тихий Дашин голос.

— Может быть ты уже перестанешь выкать? — он подошел к Даше и присел на край кровати, — Как у тебя дела? — Казанцев взял Дашину ладонь и поцеловал, — Я принес сок, чтобы встретить новый год, включим свет?

— Давай, — безразлично ответила Даша, — мне, если честно, все равно… — Даша отвернулась и смахнула с щеки слезинку.

— Что за настроение? — бодро спросил Казанцев и щелкнул выключателем, — Даша зажмурилась от яркого света и отвернулась, — Ну— ка, Казанцев взял ее за подбородок, — Посмотри на меня.

Даша прижала медведя к себе и уткнулась в его мягкий мех.

— Спааасибо, — заплакала она.

— Почему ты плачешь? — испугался Казанцев, — Медведь не нравится?

— Очень нравится, — всхлипнула Даша, — Я ужасно люблю медведей, вы …ты угадал. Я плачу, потому что… — Даша судорожно вздохнула, — Я не хочу умирать.

— Что?! — Казанцев вытер Дашины слезы и притянул ее к себе, — С ума сошла? С чего это ты должна умирать? Дашка, ты чего придумала себе?

Дааа, — Дашины губы кривились, — А твоя Клавдия сказала, что мне нельзя волноваться при моем диагнозе.

— При чем здесь Клавдия?! — прорычал Казанцев и на его скулах заиграли желваки, — Откуда она здесь взялась и как, позволь узнать, она может ставить диагнозы? Дарья, опомнись, ты же сама врач!

— Она пришла навестить меня, — Даша попыталась улыбнуться, — Ну сам понимаешь, это больше походило на издевательство с ее стороны — она обвинила меня, что я строила тебе глазки и крутила перед тобой попой и она не смогла снять свой шедевр мировой документалистики. А потом она пожалела меня и сказала, что с моим диагнозом вредно волноваться, а врач уже ушла и я не знала у кого спросить, а медсестра мне ничего не сказала… — быстро говорила Даша.

— Так, — твердо сказал Казанцев, — Во-первых, с Клавдией я разберусь. Во-вторых, она не знает и не может знать ни о каких диагнозах, как твоих, так и остальных пациентов — это не ее компетенция. В — третьих, ты прекрасно знаешь, что если бы у тебя что-то было… нехорошее, то тебе бы сказали об этом.