Мой палач. Реквием (СИ)

— Булат тогда без предупреждения приехал. Никто его не звал, никто не ждал, и я его не пустил зная, что ты дома.

— Неет! Нет, нет. Пусти!

Трепыхаюсь в его сильных руках, но Бес сильнее. Вижу, как его глаза темнеют, и ему на руки смуглые капают мои слезы. Обида. Она просто до костей разъедает, делает больно, снова. — Почему, почему ты не сказала, что беременна? Неужели ты мне настолько не доверяешь, неужели думаешь, что я бы смог навредить тебе беременной, Ася?!

Орет на меня, до боли к себе прижимая, обнимая так нежно, а я шиплю сквозь слезы.

— Пусти…п..пусти меня!

Вскрикиваю и Бес руки свои расщепляет, вытираю слезы. Уже не знаю, что думать. Не знаю!

— Что ты наделала, Ася?! Ты была со мной в безопасности, пойми! Я бы защитил тебя, защитил вас, что ты натворила!!!"

"— Как бы защитил? Ты бы убил меня тогда снова, убил нас! Я испугалась Тимур…испугалась за ребенка! За нашего малыша, который ни в чем не виноват был! Ты бы нас обоих убил вместе с Булатом, зарыл бы в землю, как в прошлый раз!

Вижу, как Тимур дышит тяжело, а после подходит и за плечи меня резко хватает.

В его глазах огонь плескается, а руки почему-то дрожат. Сильно.

— Ася, пойми уже, наконец! Я отказался от этой ненависти, чтобы ты жила, чтобы была со мной! Никогда бы я не навредил ребенку, себя бы лучше застрелил, но ребенка бы пальцем не тронул! — Уходи, Тимур. Я т…тебе не верю б…больше.

Шепчу ему сквозь слезы, задыхаясь от истерики и видя отражение своей ненависти в до боли любимых глазах зверя.

Все думаю, что Бес сейчас ударит меня, но он резко руки свои убирает и просто выходит за дверь. Хлопает ею так сильно, что замок отваливается с петель, а я реву…уже сама не зная, кого винить в этом всем.

Демон говорит, что не делал этого, но я как я могу поверить, если своими глазами видела, что было много крови. Если не Бес это сделал, то кто…кто тогда забрал у меня Амели! Забрал мое счастье, мою жизнь забрал себе, оставив умирать без нее каждую секунду.

Глава 23

Ночью меня всего шатает, когда в комнату к ней пробираюсь. Точно вор, крадусь тихо, боясь разбудить, но Ася все же встает, не спит она ни хрена также, как и я. Призраком по дому шатаюсь. Не могу я тронуть мотылька в эту ночь. Хочу и не могу, сжимая горло своему черному демону голыми руками. Она горем убитая, а я не знаю за какую нить ухватится чтобы дочь нашу найти.