Мой палач. Реквием (СИ)

Стоят напротив друг друга и я замираю, ожидая что Бес сейчас просто оторвет Виктору голову за то, что тот обманул его, инсценировав мою смерть и детей, но спустя минуту Виктор осторожно протягивает руку Бесу.

— Прости. Моя задача оберегать вас тут всех. Я не мог сказать, пока Ася сама не решила. Мне очень жаль, что ты этот ад пережил, правда. Я хотел, как лучше.

— Знаю, но не делай так больше. Никогда.

Басит Бес и крепко пожимает руку Виктору, а после оборачивается ко мне. Мы переглядываемся с ним взглядами, и я нахожу понимание в его глазах.

— Мама, смотри!

Амели носится с шоколадными конфетами в руках, а после прячется за моими ногами. Глазки на меня серебристые вскидывает, словно хочет что-то сказать.

— Что малыш?

— Ему…дай ему!

Кивает боязливо на Тимура.

— Подойди и дай сама. Давай, не бойся. Позови его. Амели прикусывает губу и переводит взгляд на Тимура, который даже не двигается.

Малышка осторожно к нему подходит, становясь напротив и задирает голову, чтобы увидеть высокого Тимура.

— Хочешь конфетку?

Смотрю на Тимура и слез сдержать не могу. Он напрягся весь, коротко кивает.

— Да. Очень хочу. Спасибо, птичка.

Присев на корточки, Тимур осторожно берет конфету из маленькой ладони Амели и приобнимает ее смотря на меня. Я вижу как блестят его глаза от счастья и боли.

Он ее отец, они так похожи…Мы начнем все заново. Мы это заслужили.

Эпилог

Уложив детей спать мы принимаем душ и я едва ли сдерживаюсь, чтобы не опустить глаза, когда вижу Тимура в одном только полотенце. Его бронзовая кожа играет на свету, черная поросль волос на торсе будоражит каждую мою клетку.

Сжимаю ноги вместе, чтобы не выдать себя, хотя кажется, щеки уже горят. Я скучала по нему и было бы глупо говорить что нет, и тем более стеснятся.

Опускаю глаза на его руки, перебинтованы почти до локтей.

Тимур подходит к столу и берет аптечку, садится на край кровати.

— Не смотри. Дай мне пару минут.

Достает бинты, ножницы, какие-то мази.

Игнорирую, подхожу ближе, сажусь на стуле напротив него. Его руки забинтованы, Бес едва ими шевелит. Как он собирается сам делать перевязку?

— Позволь я помогу тебе.

Тяну к нему ладони, но зверь тут же рычит, не давая себя коснутся.

— Не надо! Я сам.

Бинты все кровью снова пропитаны.