Мой любовник

Теперь Куин провел рукой по своим густым черным волосам.

— Что именно… удовлетворит тебя?

Это было, как наблюдать за поездом, мчащимся под откос. Блэй должен был уйти, но не мог двинуться с места он просто оставался свидетелем столкновения.

И разумеется, бриллиантовый румянец Лейлы сделал ее еще более прекрасной. Затем ее полные, красивые губы раскрылись. Закрылись. Раскрылись… снова закрылись.

— Все в порядке, — прошептал Куин. — Тебе не обязательно говорить это вслух. Я знаю, чего ты хочешь.

Блэй чувствовал, как по его груди и рукам, заструился холодный пот, сбегая вниз по одежде, которую он выбрал для себя.

— Кого, — хрипло спросил Куин. — Кого ты хочешь?

Последовала еще одна долгая пауза, а потом она сказала только одно слово:

— Тебя.

Блэй встал.

— Я оставлю вас двоих.

Он был абсолютно слеп, двигаясь к выходу, инстинктивно прихватив на ходу свою кожаную куртку.

Закрывая дверь, он услышал, как Куин сказал:

— Будем двигаться не спеша. Если мы собираемся сделать это, мы не будем торопиться.

"Выйдя в коридор, Блэй побрел от своей спальни, пока не дошел до двойных дверей, ведущих в крыло для персонала, и только тогда понял, что все еще в халате. Проскользнув к лестнице, ведущей в кинотеатр на третьем этаже, он сменил одежду у бездействующей попкорн-машиной.

Клокотавший глубоко в нем гнев, был как рак, съедавший его изнутри. Который, был так необоснован. И столь бесполезен.

Блэй встал лицом к полкам с DVD, названия которых были ничем, кроме визуальных картинок для его глаз.

Однако, то, что он достал, было не фильмом.

Это был клочок бумаги из кармана его куртки.

ГЛАВА 29

Дверь в послеоперационную палату закрылась, и Хекс почувствовала, что должна что-то сказать. Вслух. Ривенджу.

— Так. Э. — Она провела рукой по волосам. — Как ты…

Он оборвал ее бессвязное бормотание, стремительно зашагав к ней, стуча по плитке при каждом шаге своей красной тростью, и мокасинами с пятки на носок, с пятки на носок. Выражение его лица было свирепым, фиолетовые глаза пылали.

Одного это было достаточно, чтобы она почувствовала себя некомфортно.

Подтянув повыше к себе простынь, она пробормотала:

— Что, черт возьми, с тобой проис…

Рив раскинул загребущие руки и заключил ее в свои объятия, с особой осторожностью к ее повязке. Он склонился к ней, уткнувшись своим лбом в ее, когда его голос был глубоким и серьезным.

— Я думал, что никогда больше тебя не увижу.

Когда он судорожно обнял ее, она положила руки на его торс.