Мой кровный враг

Книги по вкусу не нашлось: правду говоря, после того, как ставку разграбили во время войны, от библиотеки осталось одно название, так что я просто взгромоздилась с ногами на подоконник – благо, тут пусто, и никто этого не увидит – и уставилась в окно.

Надо было, наверное, радоваться, но не осталось сил. Видимо, последняя неделя вконец меня вымотала. Навалилась усталость, и я так и уснула, сидя на подоконнике.

Проснулась оттого, что мир качался. Я сонно моргнула и обнаружила, что Рик куда-то несет меня на руках.

– Я и сама могу идти. Тебе и так досталось.

– Все хорошо, – улыбнулся он. – Можно подумать, мне так часто удается носить тебя на руках.

– А… куда?

– В мою комнату.

– Ты же остановился у себя дома.

Он не ответил, только обнял крепче. Помедлив у двери, ничем не отличавшейся от полудюжины еще таких же в коридоре, распахнул ее магией и так же закрыл.

– Я соскучился, – прошептал Рик, опуская меня на постель, и от этого тихого шепота, от его дыхания, щекотнувшего щеку, разом потеплело в животе.

– Я хотел поговорить. – Но вместо того, чтобы говорить, коснулся губами ладони, запястья, где бешено колотился пульс, провел большим пальцем по краю рукава.

– О чем? – я снова потянулась к нему: погладить по щеке, перебрать волосы – но Рик поймал и вторую руку. Легонько прикусил подушечку пальца, заставив сбиться дыхание.

– О делах… – прошептал он. Шепот казался почти осязаемым, словно ласкал кожу, мешаясь с дыханием и прикосновениями его губ.

Какие тут дела? Еще немного и я собственного имени не вспомню…

В дверь постучали. Рик выругался, вскинув голову.

– Я занят!

– Магистр, – донеслось с той стороны. – К вам гонец, говорят, срочно…

– Извини, – он погладил меня по щеке.

Он исчез за дверью. Я села, оглядываясь по сторонам. Комната была довольно просторной, но обставлена так же скромно, как и моя: кровать, комод, письменный стол, разве что лишний стул, для посетителей. Из всей роскоши – расписная ширма в углу, за которой обнаружились таз и кувшин для умывания. Заметно было, что Рик давно здесь не был: в комнате стоял сырой нежилой дух.

Я сунула в камин дрова, развела огонь.