Мой ангел злой, моя любовь…(СИ)

И поцелуй в холодные губы, который позволила себе тогда, не обращая внимания на тех, что был на отпевании. Первый за долгие годы и последний. Плевать ей на толки и сплетни! Она бы и в гроб легла, чтобы ее закопали с ним, лишь бы быть с ним!

Тридцать с лишним лет врозь телами, вместе сердцами и душами. Лежать с другими, чужими в постелях и представлять, что не он или она подле тебя. Крестить его ребенка, представляя, что это их совместное дитя, растить после этого мальчика и думать, что это их сын. Бояться ненароком коснуться друг друга, чтобы не выдать себя после взглядами.

«Прости меня, — напишет Павел ей в последней предсмертной записке, которую после графине отдаст его комердин. — Я не должен был потакать своей гордыне и ревности слепой, а слушать только свое сердце. Своими руками вымостил и тебе, и себе, и им, нашим супругам, дорогу в ад. Ведь я любил всегда только тебя… до последнего вдоха…»"

"— Слушайте всегда свое сердце, ma chere, — проговорила медленно Марья Афанасьевна, гладя руку Анны. — Только сердце скажет правду, более никто, даже разум обмануть может.

Глава 21

Анна просидела в покоях Марьи Афанасьевны почти весь остаток дня, ушла к себе только, чтобы переменить платье к ужину. Они долго молчали после рассказа о прошлом графини, и это молчание нарушила именно Марья Афанасьевна, указывая на кольцо на руке Анны.

— Я все это время никак не могу взять в толк, откуда оно у вас, — тихо проговорила она.

— Я… мы виделись после… тогда и отдал мне…

— Как это безрассудно! — вдруг стукнула тростью об пол Марья Афанасьевна. — Ох, попался бы ныне под руку! Вот ведь стервец! Ведь была же ошибка прежде… и сызнова…

И Анна резко повернулась к графине, заслышав, как резко прервала та свою реплику, вспомнив спустя миг слова брата, сказанные в тот вечер: «…невинности была лишена madam Nadine в объятиях младшего брата, а женился на ней старший, видно, прикрывая грех…».